От всех этих бредовых астронавигационных и прочих головоломок немудрено было и свихнуться. «Да, бродяга, – сказал я самому себе, – ты должен вернуться назад. Окольный путь оказывается иногда самым коротким. Шанс есть: как нередко бывает, пройденный маршрут фиксируется в памяти корабельного Мозга, и корабль может быть приведён в точку старта без особых проблем».
Внезапно пальцы находившейся в кармане куртки руки ощутили маленький пластмассовый кружок – отлетевшую от рубашки пуговицу, подобранную в лифте Павильона Гнусностей. Ещё две-три минуты я продолжал метаться по рубке как изолированный от мира красными флажками волчара, машинально теребя пуговицу, пока некий бессознательный импульс не заставил меня остановиться как вкопанного.
Просветление пришло неожиданно. Я не стал выстраивать логические цепочки и «оформлять патент» на запоздалое изобретение, а доверился интуиции и повёл себя как заблудившийся в пустыне всадник, который бросает поводья и перестаёт понукать и пришпоривать лошадь, предоставляя ей полную свободу в выборе пути, прекрасно понимая, что рано или поздно умное животное приведёт его к спасительной воде.
И вот мои ноги вынесли меня из рубки и, пройдя по коридору, остановились перед лифтом, вознесшим нас с клубком сюда несколько часов назад. Я решительно поехал вниз. Чуть было не засекшаяся от всех этих психологических вольтижировок в театре абсурда слегка ошарашенная кобыла моей интуиции всё явственнее ощущала запах спасительной воды.
Когда лифт замер, и двери распахнулись, я пересёк тамбур и без всяких опасений и колебаний отдраил ведущий наружу люк, за которым обнаружилась мирно посапывающая в глубоком сне по-южному тёплая ночь.
Выглянув, я увидел в ночном небе крупные и лучистые, как глаза коварной блондинки Лизель, незнакомые звёзды. Звёзды слабо мерцали и, казалось, ободряюще подмигивали мне, поздравляя с неожиданно свалившейся на меня свободой.
Я облегчённо вздохнул и, перешагнув комингс люка, уверенно ступил на твёрдую почву.
Глава 25
Итак, мой виртуальный «полёт» завершился даже более благополучно, чем оканчиваются иногда полёты низкой категории сложности по известному маршруту «печка – полати». Я стоял в тишине тёплой ночи и меня так и подмывало снова войти в корабль. Ведь если полет – фикция, то Лизель никуда не улетела. Я повернулся «к лесу задом, а к избушке передом», но тут же обмяк.
