— Видите ли, мы не можем позволить себе такой роскоши, как тщательное судебное разбирательство, — терпеливо разъяснил Определитель. — Кроме того, что оно лишено всякого смысла, мы не имеем на это времени. Но главное заключается в следующем. Когда мышку пускают по лабиринту, и она начинает тыкаться в его тупички как слепой котёнок, — не правда ли, забавный каламбур? — её никто не осуждает за то, что она идет неверной дорогой. Её просто бьют электрическим током до тех пор, пока она не научается проходить лабиринт строго определённым путем. Таких бестолковых амбициозных мышат, как вы, попадает к нам предостаточно, но к сожалению, мы не имеем возможности работать с ними индивидуально, уделяя каждому достаточно внимания. Не имеем уже сейчас. А в недалёком, скором будущем, когда мышат станет на порядок больше… — И на скуластом лице Определителя вместе с нездоровым румянцем появилось мечтательное выражение.
— Вы всерьёз полагаете, что у вашего мира есть будущее? — спросил я.
— Мы уверены в этом, — убеждённо заявил Главный Бабуин. — Будущее принадлежит строго детерминированным социальным системам. — Он побарабанил пальцами по лежащей на столешнице жиденькой папочке. — Пока то, чем мы занимаемся — обыкновенная кустарщина. По старой традиции я время от времени принимаю непосредственное участие в вынесении вердиктов заблудшим овечкам. Вы не поверите, но иногда я сам зачитываю вердикты! Но скоро с дилетантством будет покончено. — Он небрежно оттолкнул тощую папку. — Мы поставим процесс на поток. Мы оборудуем Эстафету и Большой Эллипс сотнями новых маршрутов с пропускной способностью в миллионы клиентов. Мы создадим безотказную машину детерминирования, мы введём в действие отлаженный как часы механизм перековки несчастных наивных грешников свободы в стойких приверженцев детерминированного равенства. Да, это будет принуждение, подчинение, но подчинение святой силе Порядка, Богу Определённости, всеобъемлющим фундаментальным принципам Детерминизма. И будьте покойны, мы исключим даже принципиальную возможность таких проколов, который случился с вами на…
— С вами, — перебив, услужливо поправил я.
Рука Определителя потянулась было к кнопке настольной лампы, но на полпути задержалась и снова улеглась на худенькую папочку.
— А ведь и правда, с нами, — помедлив, самокритично согласился Главный. — Несомненно, мы сделаем соответствующие выводы. — Он повернулся к толстяку: — Не правда ли, Хремпл?
Со свистом выпуская воздух из лёгких, Хремпл прохрипел в ответ что-то нечленораздельное.
— Я вот о чём подумал, — непроизвольно улыбаясь на Хремпла, сказал я. — Есть ли разница между понятиями «неверная дорога» и «ложный путь»?
Определитель в несчётный раз поиграл с кнопкой настольной лампы и с отеческой улыбкой заявил:
— Мы уверены, что нашим путём пойдёт вся Вселенная. И даже другие вселенные. Это лишь вопрос времени. — Он картинно вздохнул. — Я, видите ли, не выношу хаоса. Ни в какой форме. Но в наше непростое время для установления хаоса создались самые благоприятные условия. И это не даёт нам права расслабляться. Мы должны что-то делать, пока хаос окончательно не захлестнул Вселенную. Сейчас преобладание категории выбора над жёстко детерминированным порядком, подавление порядка якобы украшающей нашу жизнь случайностью приобрело необычайно резкую, положительно всеобъемлющую форму, поставив перед приверженцами порядка совершенно определённую задачу. Суть её в том, чтобы вместо преобладания выбора и случайности над порядком установить безраздельное господство порядка над случайностью. Это требует освобождения от вполне определённого способа развития. Мы полагаем, что с момента детерминистских преобразований наступает новая эра, характеризующаяся принципиально иным механизмом развития. Вечным двигателем этой совершенно новой машины станет наша благородная деятельность — деятельность людей, вооружённых подлинно детерминистским пониманием и реализующих это понимание с помощью специального комплекса средств социального проектирования и моделирования, исчезающе малую часть которых вы имели честь испытать на себе. Без этих необходимых предпосылок действительно детерминистского действия тотальный порядок во Вселенной представляется невозможным.
— По-моему, тут пахнет не проектированием, а самым настоящим прожектированием, — усмехнулся я, вложив в слова весь наличествующий сарказм. — Извините за грубость, но у нас в таких случаях говорят: свистишь, косой — зимой не пашут!
Охранники в партере злобно загалдели, но на этот раз их успокоил не Хремпл, а сам Определитель.
— Давайте простим гостю мальчишеские выходки, — предложил он. — У вас ещё будет возможность и время высказать ему в лицо все ваши дружеские пожелания… Итак, мы вас пока прощаем, но предупреждаем, что для наведения настоящего порядка в вашей нестриженной голове мы готовы пахать и днём и ночью, и летом и зимой.
На сей раз краснорожие снегири-воробышки одобрительно зачирикали, а когда шум поутих, я им всем, пока меня простившим, с наслаждением воткнул по самое некуда:
