В Сиане не было ни свежескошенной травы, ни мельниц - и уж тем паче их не нашлось в округе особняка Риверте. Он был огромен, но содержался в безукоризненном порядке - во всяком случае, по мнению Уилла, поразившегося полному отсутствию пыли и следов запустения в доме, хозяин которого навещал его в лучшем случае дважды в год. Однако Гальяна - вездесущий, всезнающий Маттео Гальяна, по-прежнему ни на шаг не отстававший от своего господина - после беглого осмотра помещений пришёл в бешенство и немедленно уволили половину слуг. Уилл не мог взять в толк, что ему здесь не нравится, почему он тычет в грудь управляющему своим длинным пальцем с мерзким острым ногтем (от его ногтей Уилла, как и прежде, бросало в дрожь), брезгливо перечисляя те богадельни и публичные дома, где, без сомнения, окажутся очень рады его услугам. Управляющий краснел, бледнел и зеленел, не смея спорить, а по окончании этой унизительной тирады трусцой побежал выполнять тысячу триста срочных указаний, которые обрушил на него Гальяна с требованием, чтоб всё было сделано до заката, ибо на закате прибудет Хозяин. Не знай Уилл этого Хозяина, он был бы, наверное, в ужасе от того, что за привередливое чудовище владеет этим роскошным домом и держит в страхе всю здешнюю челядь.
Впрочем, Уилл был пристрастен. Объективно говоря, сир Риверте был именно что привередливым чудовищем - просто, чувствуя его губы на своей шее и его язык в своём заднем проходе, Уилл имел обыкновение забывать сей прискорбный факт. Явившись, как и было обещано, на закате, Риверте шагнул через порог, окинул взглядом прихожую, сверкавшую чистотой так, что стоять посреди неё в сапогах Уиллу было неловко, после чего подозвал Гальяну и полюбопытствовал в своей обычной любезной манере, куда задевался его дом и почему на его месте стоит этот свинарник. Гальяна, потирая свои длинные когтистые руки, стал оправдываться и юлить, в ответ на что Риверте фыркнул: "Уильям! Идёмте ночевать в гостиницу, это же ужас что такое - я боюсь, здесь мы подцепим блох". Конечно, Уилл знал его достаточно хорошо, чтобы понимать - всё это не более чем неизбывная привычка поддразнивать окружающих, ловко пиная их в наиболее болезненные места. Привычка, в сущности, беззлобная - но, впрочем, опять-таки, Уилл бы пристрастен.
В конце концов в гостиницу, конечно, они не пошли. Риверте до утра инспектировал помещения, и до самого рассвета огромные пространства особняка оглашались громовым и безжалостным: "Здесь проветрить", "Здесь перекрасить" и "Это всё выкинуть к чёртовой матери - какого дьявола тут свалена вся эта рухлядь?" Уилл догадался, что это тоже был ритуал, своеобразная игра, в которую Риверте играл со своим доверенным помощником Гальяной, и Гальяна, смущённо бормотавший оправдания, прекрасно знал правила этой игры. Как дитя, в самом деле, - думал Уилл с некоторой досадой, лёжа один в чистой, душистой, но холодной постели наверху и слушая, как внизу ходят, бранятся и хлопают дверьми. Хотя нет, тут же поправил он себя, Риверте не дитя. Скорее уж - кот. Он бывает сонливым и ласковым, он может мурлыкать, потираясь носом об уиллову шею, но временами в нём бурлит энергия, и если она не находит выхода, тогда ему нужно хотя бы с кем-нибудь поиграть, погонять лапой мышь по паркетному полу, слегка выпуская когти. А иначе он совсем одичает от безделья и станет кидаться на стены.
Хоть бы и впрямь король отпустил его в эту Аленсию, думал Уилл, рассеяно глядя в узорчатый потолок спальни. Может, тогда он успокоится хоть ненадолго.
Пока же спокойствие графу Риверте, а стало быть, и всем его домочадцам, только снилось. Едва въехав в особняк, он немедленно затеял бал - к большому огорчению Уилла, который вообще не любил подобные празднества, ну а летнего бала в королевском дворце ему хватило бы на весь следующий год. Но такова была традиция сианского высшего света: графу полагалось справить сезонное новоселье, созвав к себе всю сианскую знать, включая императорскую чету. Уилл поначалу надеялся отсидеться в библиотеке, но Риверте развеял его надежды, усадив диктовать писцу приглашения.
- У меня нет на это времени, - заявил он, когда Уилл попытался отнекаться. - Вот вам список, здесь всего лишь двести имён, вы управитесь за пару часов. Не хмурьтесь. Между прочим, это ваша прямая обязанность.
- Моя?
- Да, как хозяйки дома.
- Хозяйки дома?!
- А что, вы видите в моём окружении особу, более подходящую на эту роль? Не коситесь на Гальяну, Уильям - он слишком стар и годится мне скорей в матери, чем в супруги. Да, и к слову, когда закончите с приглашениями, спуститесь в кухню и побеседуйте с поваром насчёт меню. Я понятия не имею, что это за прохвост. Говорят, он лучший кулинар в Сиане, но чёрт его знает - вдруг он ярый приверженец блюд из морской капусты, а вы ведь знаете, как я её ненавижу.
