Сегодня еще нередко говорят — по недомыслию или, наоборот, с умыслом — о несоизмеримости военных потерь Германии — 7.100.000 человек и СССР — 20.000 000. При этом забывают главное — мы воевали против фашистской армии, фашисты истребляли народы. Никто не убивал немецких военнопленных ядовитым газом «Циклон B», никто не вел на костры и в крематории немецких женщин, стариков и детей. Между тем из 20.000.000 погибших советских людей почти половина — мирные жители, военнопленные в лагерях. Другая половина — те, кто пал на поле боя, из них 1.100.000 сложили головы, освобождая порабощенную Европу. Военные потери Германии и ее союзников (да, и союзников — они были вместе) — 8.124.000.
Фашизм четвертовал народы, и это все должны помнить. Из общих потерь Польши 6.028.000 человек на мирное население приходится подавляющее большинство — почти 5.400.000. Югославия: армейские потери — 305 000 человек, а более 1.400.000 павших — мирные люди…
Из записей в памятной книге музея «Освенцим».
«Мне не хватает слов — остается только святая воля сделать все, чтобы никогда больше не произошло ничего подобного».
Рудольф Кирхшлегер — Президент Австрии, 22.V.1975 г.
«По сути дела это место склоняет к молчанию. Однако я убежден, что федеральный канцлер не должен здесь молчать. Мы прибыли в Освенцим, чтобы напомнить себе и другим, что без понимания прошлого нет пути, ведущего в будущее…»
Гельмут Шмидт — канцлер ФРГ, 23.XI.1977.
«Освенцим. Какая же печаль… Какой ужас… А несмотря на это — какая надежда для человечества».
Шарль де Голль — Президент Французской Республики, 9.IV.1967.
…Сотая Львовская стрелковая дивизия прошла с боями до Праги — 1.700 километров. Освободила 1.500 городов и населенных пунктов. Семь раз Москва салютовала ее боевым успехам.
— Как бывший узник, я не знал воинов этой дивизии,— сказал председатель комитета бывших узников француз Марсель Поль.— Но даже если бы дивизия не имела никаких заслуг, кроме той, что воины ее освободили узников лагеря смерти Освенцим — Бжезинка, одного этого боя было бы достаточно, чтобы имя этой дивизии вошло в историю войны.
В лагерь ворвался 460-й стрелковый полк этой дивизии. Командовал полком молодой командир Магомед Танкаев.
Юношей он ушел с третьего курса сельскохозяйственного института и стал курсантом пехотного училища.
Это произошло 1 сентября 1939 года. В тот день в Европе началась вторая мировая война.
Всенародная память — это память каждого из нас.
Каждого.
У военного времени много красок. Горечь и боль утрат — да, было. Торжество Победы — конечно. И еще — сознание долга перед будущим.
Сколько людей — столько воспоминаний. У каждого была своя судьба, у каждого — свои потери и обретения, невзгоды и радости.
Взрослые помнят по-своему, дети — иначе.
Взрослые помнят еще и разумом, дети — только сердцем.
Когда вышел на экраны двадцатисерийный документальный фильм «Великая Отечественная», память всколыхнулась. Вновь предстала перед всеми огромная война — в полном объеме и истинном масштабе, и вновь предстал, поднялся в полный рост советский солдат — Освободитель.
На Центральную студию документальных фильмов хлынули письма, которые ошеломили: на маленьком светящемся экране матери увидели вдруг своих давно погибших сыновей, вдовы — мужей, сыновья и дочери увидели своих отцов. Улыбающиеся, бреющиеся в окопе, идущие в атаку — молодые, близкие. Живые.
Пять с половиной лет назад я писал о создании этого фильма, о тех чувствах, которые он пробудил. О фронтовых кинооператорах — главных, незаменимых создателях. 252 фронтовых кинооператора сняли четыре миллиона метров бесценной пленки. Они вели съемки с первого часа войны и до последнего. Запечатлевая историю, эпоху, никак не думали они, что благодаря их скромному труду много десятилетий спустя жены и матери на склоне лет снова увидят своих мужей и сыновей.
В очерке («Память», «Известия» № 270, 1979 год) была выражена надежда, что киностудия переснимет со старых кинолент фотографии и вышлет их по просьбе (не просьбы — мольба!) авторам писем.
