— Отдашь её в больницу? — Дилан стреляет резким взглядом в лицо Митчелла. — На это намекаешь? Просто слить девчонку? — повышает тон голоса, а мужчина остается опечаленным, оттого и голос его звучит тише, слабее:
— Вдруг Харисфорд был прав? Вдруг это верное решение? Я больше не перенесу этого. Пойми меня. Ещё одна потеря. Я страдал столько лет, я…
— Ты винишь в своих страданиях Эллис, но не её вина, что она такая, — парень зло процеживает.
— Я не виню её, я…
— Ты только и делаешь, что ноешь мне о том, как тебе тяжело, — Дилан морщится. — А им? Каково им? Эллис отстранилась от тебя, потому что не хотела ранить, но ты должен был остаться.
— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь… — он качает головой.
— Скорее всего, но теперь я точно знаю, в чем была твоя ошибка, — не может сдержать злости. — Да, это ты посодействовал тому, до чего себя довела Эллис.
Митчелл пустым взглядом смотрит на парня, уже не в силах отрицать или противиться его словам. Он морально истощен этим разговором. Дилан грубым движением выпивает рюмку, схватив со стола бутылку виски, и резко встает, с долей ненависти и непонимания уставившись на Митчелла:
— Ты дал ей закрыться. Ты оставил её наедине с собой. Ты жалок, и теперь подсознательно хочешь избавить себя от Райли, ведь она для тебя копия Эллис. Я может понимаю твои действия, и не мне винить тебя за слабость. Просто иди в жопу, Митчелл, — сглатывает, сверля мужчину взглядом. — Иди в задницу со своим Харисфордом и идеей о больнице, — скрипит зубами. — Пошел ты, — разворачивается, тяжелым шагом направляясь к двери, которую распахивает, громко захлопнув за собой.
Дилан понимает состояние Митчелла, но не может принять тот факт, что он хочет просто сдать Райли, как ненужное животное на исследования этим придуркам, которые будут ковыряться в её мозгу. Боль мужчины можно понять, даже нужно, и О’Брайен знает, на что идет, знает, насколько это тяжело, но он просто не способен представить. Представить, что девчонку, как собачонку, куда-то заберут, закроют в больнице, официально. Официально она будет пациентом психбольницы. Это крест. Абсолютный крест на будущем. Никаких стремлений, никаких надежд и желаний. Они сделают из неё овощ, ведь это выгодно тем, кому требуется изучать болезни. А докторам не нужно, чтобы пациент вел себя агрессивно и отказывался от процедур. Они просто…
Дилан закрывается в ванной, принимаясь активно опустошать неприятный на вкус алкоголь, но он необходим ему сейчас. Господи, так необходим, чтобы немного отключиться. Потерян. К черту.
Но самое важное парень вынес из разговора с Митчеллом. То, что было ошибкой с его стороны. Он дал Эллис закрыться. Поэтому Дилан не позволит Райли отстраниться.
Посматривает на часы. Сколько уже сидит здесь, в ожидании О’Брайена? Больше сорока минут точно. Не меняет положения тела, ладони в холодном поту от нервов. Вытирает их о ткань джинсов, после переплетает пальцы, упираясь локтями в колени. Взгляд сохраняет опущенным в пол. Она слышала стук двери, но не решилась покинуть комнату, так как шаг у парня был тяжелый, и он миновал порог помещения. Скорее всего, разговор не удался. Девушка еле держит себя в руках, дает Дилану время побыть наедине. В ванной, куда он входит, льется вода. Шум скрывает в себе происходящее в запертой комнате. Янг сомневается, что О’Брайену в действительности захотелось принять душ. Возможно, таким образом, он пытается добиться полного уединения с собой.
А Финчер покорно ждёт. Она настолько сильно уходит в себя, раздумывая над своим состоянием, что пропускает момент, когда ОБрайен всё же возвращается к порогу. Райли поднимает голову, в первый момент не придав значения внешнему виду парня, который хмуро на неё сморит, догадываясь:
— И на хер ты здесь просидела так долго?
— О чем вы говорили? — Янг поднимается с края кровати, короткими шагами минуя мебель комнаты, приблизившись к парню, который держит ладони в карманах кофты, якобы спокойно шагая к столу. — Что он хотел?
— Да так… — морщится, копчиком опираясь на деревянный край, встает вроде в расслабленную позу, лицом к девушке, но чувствуется в его поведении напряженность. Райли стоит на месте, в нескольких шагах от него, и перебирает пальцами ткань футболки, внезапно придав значение тому, как в целом выглядит Дилан:
— Ты выпил? — оценивает его слегка покрасневшие белки глаз, да и запах алкоголя вдруг ударяет в ноздри, и девушка не может ему противиться, поэтому сразу заявляет, что раскрывает опьянение парня. О’Брайен даже закатывает глаза, качнув головой, что-то ворчит под нос, но в итоге не отрицает данный факт, уставившись в стену, нервно притопнув ногой. Девушка хмурит брови, медленно приближаясь к нему:
— Что случилось? — встает напротив, не боясь оказаться так близко к нетрезвому человеку. С каких пор она перестала страшиться?
О’Брайен ощущает скованность, оттого так неловко переступает с ноги на ногу, стараясь сохранить безмятежность на лице:
— Ничего, — пожимает плечами. — Он извинялся. Спрашивал о тебе, — практически правда, но не полная. — Ему стыдно.
