– На гобелен было нашито много драгоценных камней, – объяснила я. – Мне приказали продать их в городе разным октарианским покупателям. В королевстве Октари любят драгоценные камни и готовы заплатить большие суммы за сокровища токкэби. Но…
Глаза Дживуна блеснули.
– …Тебя поймали.
– Это очевидно, – хмуро произнесла я, не в силах сдержать недовольство.
– Сколько раз ты попадалась до этого?
– Один.
В моем тоне была слишком заметна горечь, и перо в руке Дживуна дрогнуло.
– Что случилось?
– Это было очень давно. – На самом деле всего лишь год назад. У меня дернулся уголок рта. – Не понимаю, какое отношение это имеет к моей сделке с императором.
– Предыстория, – туманно ответил Дживун. – Это сделает историю намного лучше.
Предыстория? Тому, что случилось тогда, нет места в этом рассказе. Мое раздражение усилилось.
– Это не твое собачье дело.
– Приношу свои извинения. – Опустив деликатную тему, Дживун поправил очки. – Полагаю, император держит тебя взаперти в цепях и веревках?
Я помолчала, стараясь взять себя в руки.
– Да я бы не сказала…
– То есть?
Я описала свою комнату, наслаждаясь изумлением на лице Дживуна.
– Он приказал своим слугам приносить мне еду.
– Человеческие слуги. – Брови Дживуна удивленно вздернулись. Он окунул перо в чернильницу. – Прости, что принял тебя за одного из них. Они иногда заходят в деревню за покупками. Я должен был догадаться, что ты не такая; у тебя ясный взгляд и бойкий язык.
– Они зачарованы. – Я вздрогнула, вспоминая, каково это – быть завороженным сладковато-зловещей мелодией флейты.
– Это Манпасикчок. – Дживун помрачнел. – Он овладевает сознанием.
– Не переживай. Я же украла его любимый гобелен. Теперь мы квиты.
Я попыталась изобразить беззаботность, но на лице Дживуна не было ни намека на юмор, и меня снова передернуло.
– Ты была известна в своем королевстве?
Я выпрямилась:
– Я – Жнец из Сунпо. Я не просто воровка, я – убийца, самая лучшая. Все королевство боится меня.
На лице Дживуна промелькнуло неясное мне чувство. Он резко захлопнул записную книжку и убрал перо в карман.
– Я услышал все, что мне было нужно, – сказал он, сунув чернильницу в рюкзак. – Спасибо.
Я вытаращила глаза. Он не мог так просто уйти. Я же еще не узнала то, что нужно мне…
– Подожди.
Дживун остановился. Я изобразила улыбку.
– Мне хотелось бы узнать… – Я замялась, прикидывая, как бы поделикатнее сформулировать вопрос. – Может быть, ты знаешь… – Я забыла, что надо улыбаться. Вот дерьмо. – О том, где находятся заговорщики.
Проклятие.
С непроницаемым выражением лица Дживун одернул манжеты ханбока и поправил рюкзак на плече.
– Не ищи заговорщиков, – отвернувшись, тихо ответил Дживун.
Я открыла рот, чтобы возразить, и тогда он бросил взгляд через плечо:
– Заговорщики сами найдут тебя.
И он решительно ушел.
Не в силах скрыть досаду, я еще час рыскала по улицам в поисках кузницы, расспрашивая местных жителей, но они не желали разговаривать с человеком, тем более с человеком, замыслившим убить их императора. Я вернулась во дворец, бормоча под нос ругательства.
«Заговорщики сами найдут тебя».
Я не добилась абсолютно ничего.
Вдобавок, спрыгнув в сад со стены, я чуть не рухнула на служанку. Я направилась к себе, кипя от злости.
Близился ужин, а я потратила целый день на то, чтобы развлечь какого-то ученого писаку с его расспросами. Его работа, несомненно, принесет ему всеобщую похвалу, но сама я не получила никакой полезной информации. Я встряхнула головой, прогоняя разочарование и пытаясь сосредоточиться. Надо было поскорее принять ванну и привести свою внешность в приличный вид.
Нет, не просто приличный. Я должна выглядеть желанной. Соблазнительной. Чувственной. А сейчас я – потная тощая девчонка с вороньим гнездом на голове. Мне определенно следует поработать над собой.
Я уселась в ванну, нанесла на кожу цитрусовые масла, втерла в спутанные волосы шампунь с запахом лаванды. Один из секретов соблазнения, переданных мне Чарой и Крис, – приятный аромат. И это точно не аромат лука…
«Соблазнение, – сказала однажды Крис, бросив на меня взгляд через плечо, – это целое искусство».
Я сидела и смотрела, как близняшки натягивают на ноги прозрачные кружевные чулки. Я сильно отличалась от этих лисичек с шелковистыми волосами и красными губами – после тренировки с Юнхо накануне вечером у меня была разбита губа и темнел кровоподтек на челюсти.
«Нужны расчет, элегантность и грация».
«И красивые губы, – присоединилась к разговору ее сестра, расчесывая свои золотистые волосы. – Мужчины всегда смотрят на губы».
«Проведи языком по губам несколько раз. Прикуси их, вытяни, словно для поцелуя, улыбнись… Привлеки к ним как можно больше внимания, – кокетливо продолжила Крис, проведя по декольте рукой с идеальным маникюром. – Ну и к другим своим достоинствам».
«Только не говори, что ты интересуешься этим ради Сана. Этот парнишка трахает все, что движется. Он посещает Костяную Яму чаще, чем мы обе, вместе взятые», – фыркнула Крис.
«Нет, конечно, – возмутилась я, чувствуя, как запылали щеки. – Если бы я хотела переспать с ним, уже бы переспала».
