Письмо было написано чернилами на листе плотного пергамента кремового цвета.
Стиснув зубы, я смяла листок в шарик, и еще влажные чернила потекли по моим пальцам, будто кровь.
Утро, проведенное с Ханылем Руи, обещало быть не слишком увлекательным, хотя теперь в нашей игре преимущество было на моей стороне – за мной стояла «Революция».
Я колебалась. Возможно ли, что Руи уже знает о нашем плане? Меня одолевало желание спрятаться под кроватью, вооружившись до зубов, чтобы избежать наказания, которое наверняка будет мучительным.
Однако было ясно, что нет иного выхода, кроме как следовать требованиям императора.
Я вспомнила, как на балу приоткрылись его губы, чтобы пригласить меня на последний танец… И как я сбежала, радуясь тому, что могу позлить его.
За все приходится платить, и наверняка Руи уже назначил конкретную плату за то, что я его обманула.
Я неохотно заплела волосы в тугую косу и пристегнула чикдо к поясу. Я не знала наверняка, что в планах у Крысолова на сегодня, но в любом случае средство защиты не помешает.
Натянув тяжелые черные сапоги и закатав рукава легкой туники, я засунула скомканную записку в карман и вышла из комнаты.
Хангёль и Аша проводили меня тревожными взглядами, когда я промчалась через кухню. Однако времени на расспросы и ответы не было – я вылетела из кухни в сад и поспешила к стене. Человеческие девушки безучастно смотрели, как я лезу через ограду, нащупывая пальцами неровности в камнях.
Перекинув ноги на другую сторону стены, я спрыгнула на землю, ощутив лишь легкую боль в ноге. И тут же встретилась глазами с Руи.
– Привет, беглянка, – промурлыкал он.
Император стоял прислонившись к дубу, его лицо было наполовину скрыто тенью деревьев и широким бамбуковым ободком шляпы, которую он надевал, когда был с распущенными волосами. Шляпа была сделана из темного материала, с бисерным шнурком под подбородком, и украшена лентами из черной ткани.
Зато ханбок, к моему удивлению, оказался простой, без всяких узорчатых вышивок, струящихся материй и шелковых лент. Верхняя часть, чогори, – из простого серого хлопка, так же, как и штаны, пачжи. Эти вещи были легки и удобны в движении. Мгновение спустя я поняла почему.
В нескольких метрах от нас, помахивая хвостами, щипали траву два белых коня. Один из них был оседлан и запряжен, другой – нет.
– Что это? – осторожно спросила я, стараясь не смотреть на длинные прямые пряди Руи, развевающиеся на ветру. Кого он любил? Кого он потерял?
– Это лошади. Предполагаю, в твоем мире они тоже есть. – Руи улыбнулся моей насупленной физиономии и отошел от дуба. Его серебряные глаза мерцали. – Я решил показать тебе красоты своего королевства. Надеюсь, ты умеешь ездить верхом?
– Ты хочешь провести для меня экскурсию?
Он улыбнулся, лукаво и дружелюбно.
– А почему бы и нет? Твои небольшие вылазки говорят о том, что ты любознательна. – Руи подошел к оседланному жеребцу, взял его за поводья и подвел ко мне. Конь был большой, ухоженный и мощный. Он смотрел на меня темными глазами, как будто видел насквозь. – Это Бёль[15], – сказал император, похлопывая коня по гладкому крупу. – Он спокойный, и на нем легко ездить. – Руи направился к другому коню, затем бросил на меня взгляд через плечо. – Если ты, конечно, умеешь ездить верхом.
Я прикусила щеку в ответ на его язвительный тон. Я была неплохим наездником – в детстве один фермер научил меня ездить на своей кобыле. Но я не доверяла Бёлю – существу из королевства Руи.
Тем более что и конь заржал мне прямо в ухо и раздраженно топнул ногой.
Руи уже сел на свою лошадь и ждал меня на опушке тенистого леса, прямо у начала тропы.
Под его взглядом я с пылающими щеками попыталась оседлать Бёля. Но жеребец был явно не в восторге от этого: он брыкался, фыркал и сбросил меня на землю. Я еле сдержала крик от резкой боли в левой ноге.
Поднявшись, я посмотрела на коня – он снова преспокойно щипал траву, помахивая хвостом перед моим носом.
– Вот же мерзавец.
Руи поцокал языком, и его кобыла подошла ко мне.
– Полагаю, ты сможешь идти пешком.
Но не с больной ногой. Еще не хватало, чтобы он смотрел, как я хромаю вслед за ним.
– Я бы предпочла ехать верхом.
Я снова направилась к Бёлю с твердым намерением его оседлать. Но стоило мне приблизиться, как конь отступил назад, потом пронзительно заржал и с топотом поскакал вдоль стены, разбрасывая комья грязи. Я в ярости уставилась на то место, где мгновение назад стоял Бёль.
Руи хмыкнул:
