– Вот незадача… – Я кинула на него злобный взгляд, и он в ответ изогнул бровь. – Придется тебе ехать со мной. – Император протянул мне руку, ясно давая понять: я могу ехать с ним или идти пешком. – Дури не будет возражать.
– Я буду, – пробормотала я, хватая его за руку.
Но поездка верхом, пусть даже с Руи, была гораздо предпочтительнее, чем прогулка пешком. Я сжала его пальцы в железной хватке, запрыгнула на лошадь и опустилась в седло перед ним. Моя спина уперлась ему в грудь, и я не могла отделаться от мысли, что ублюдок все это спланировал заранее.
Густо покраснев, я вспомнила, как мы танцевали. Его рука на моей спине, аромат сливы, неимоверная грация его движений.
Я отодвинулась от Руи так далеко, как только смогла. Он хмыкнул мне в ухо, нежно перебирая руками белую гриву Дури. Бусинки шнурка щекотали мне шею. Лошадь, цокая копытами, направилась по тропе в сторону леса.
– Тебе не нужны поводья? – с подозрением спросила я. – Или седло?
Его голос мягко пророкотал у меня над головой:
– Дури любит меня. Нет нужды запрягать и седлать ее. Она слушается меня и так.
Нас окутал густой и сладкий аромат весеннего леса, накрыла прохладная тень. Дури тихонько заржала, когда вьющуюся тропу, по которой мы ехали, перебежала белка с толстыми щеками, набитыми желудями.
– И так поступают все существа твоего королевства? – спросила я, проводив ее взглядом. – Слушаются тебя, я имею в виду?
– Как просто мне жилось бы, если бы это действительно было так, – сухо ответил он. У меня промелькнуло подозрение, что, возможно, он подумал о заговорщиках. – Королевство, может, и подчиняется, но существа мне не принадлежат. Дури особенная.
Словно в подтверждение, Дури фыркнула.
Птицы щебетали и встряхивали крыльями в кронах деревьев. Я вытягивала шею, любуясь, как утренний лунный свет проникает сквозь листву, окрашивая лес нежно-желтыми пятнами, которые сверкали и переливались. Мне вдруг захотелось узнать, от какого бога или богини ведет свой род Руи. Я открыла рот, чтобы спросить, но тут же закрыла его. Ведь такого рода вопрос может означать, что я разговаривала с другими токкэби. Император не должен подозревать о моей причастности к «Революции». Стукнувшись затылком о плечо Руи, я вдруг поняла, что забылась, и снова откинулась назад. Его руки охватывали меня с обеих сторон, когда он держался за гриву Дури. Я спиной чувствовала его ровное сердцебиение. У меня заколотилось сердце, и я прикусила щеку, ненавидя себя за это.
– Я знаю, что ты уже видела ближайший городок, – пробормотал Руи, направляя Дури в сторону от тропы.
Теперь она ступала по высокой траве, обходя деревья, увозя нас все глубже в лес.
– Да, – коротко ответила я, в то время как рука сама собой потянулась к чикдо.
Мне не нравилось, что мы так углубились в лес. Ощущение беспокойства покалывало в позвоночнике. Я стала запоминать каждое дерево, мимо которого мы проезжали, чтобы найти дорогу обратно к тропе, если возникнет такая необходимость.
– Куда именно мы едем?
Я почувствовала, как Руи плавно и изящно пожал плечами.
– Кёльчхон – королевство чудес. Я думал показать тебе холмы или лесные поляны. Есть и другие городки, куда мы можем заглянуть. Но если вдруг ты захочешь осмотреть, например, пещеры, можно поехать и к ним. Выбор за тобой.
Мысль о том, что я окажусь в темной, мрачной пещере вдвоем с Руи, не вызвала у меня особого восторга. Словно почувствовав ход моих мыслей, Руи тихонько засмеялся. Его дыхание ласкало мое лицо.
– В мои планы не входит убить тебя в потаенном месте, Лина. Я придерживаюсь правил игры. Твои четырнадцать дней еще не истекли, а я до сих пор не решил, что же в итоге выбрать: обезглавливание или стрелу в сердце. Возможно, последнее было бы предпочтительнее после твоей попытки во время нашего ужина… но это не точно.
У меня во рту внезапно пересохло.
– Я хочу посмотреть холмы, – ответила я как можно холоднее, хотя мое сердце тревожно забилось в груди. – Твои наказания вечно оказываются не такими, как я ожидаю, – недовольно добавила я. – Дежурство на кухне, бал, экскурсия…
– Может, ты предпочитаешь пыточную камеру? Это можно устроить.
– Вместо того чтобы провести утро с тобой? – Я развернулась и одарила его сладкой улыбкой. – О, с удовольствием.
Руи лишь ухмыльнулся в ответ.
– Знаешь, – сказал он, когда я снова повернулась к нему спиной, – я с нетерпением ждал нашего последнего танца.
– Как жаль, что мне пришлось уйти.
– Да, жаль. Хотя желающих занять твое место было предостаточно, – добавил он.
– О? – ответила я, изо всех сил стараясь сохранить бесстрастность.
Это просто смешно. Меня не должно волновать, с кем он танцует. Мне все равно, с кем он танцует. Сама мысль о том, что мне не все равно, просто смехотворна.
– Ждешь от меня поздравлений? – после непродолжительной паузы спросила я.
Его плечи вздрогнули от смеха.
– Возможно, да.
– Боюсь… – Я криво улыбнулась, хотя он этого не видел. – Ты будешь разочарован.
– Не стоит ревновать, – пробормотал он, наклонившись ко мне и прикоснувшись губами к моему уху. – Я не танцевал с другими.
Странное чувство прохлады и спокойствия окутало меня.
