– Это не твоя вина. Лина. – На лице Сана промелькнуло выражение ужаса. – То, что случилось, было трагедией. Просчетом. На это повлияло множество факторов, но ни один из них не был твоей виной.
Слезы беззвучно скатывались по моим щекам.
– Но я ушла, попала в ловушку. Как они и хотели. Если бы я была с вами… – Я задыхалась. – О боги. Сан…
– Если бы ты была с нами, тебя постигла бы та же участь, что и всех. – Лицо Сана было решительным и непреклонным. – Ты выжила, Лина, и я счастлив. – Он помолчал. – И остальные тоже. Ты последняя из нас, Лина. Последняя из Когтей. И мы никогда не винили тебя. Никогда. – Он посмотрел мне в глаза. – Остальные понимают это. Я понимаю это.
Мое лицо исказилось от горя, которое не могло смягчить даже спокойствие Чосына. Кажется, в глазах Сана тоже блеснули слезы.
– Они ждут тебя, – тихо произнес он. – Это только твой выбор, Лина, в какую сторону тебе идти. – Сан шагнул назад, его взгляд стал мягким и ободряющим, но в то же время и печальным, когда он заметил, что я снова смотрю на мост.
Нефритовая арка блестела в лунном свете. Я представляла, как иду по ней, держа Сана за руку, покрытую шрамами. Я представляла, как буду вечно чувствовать этот покой, жить в мире, пахнущем медом, где нет смерти или боли. Я снова воссоединюсь с ними, с моими Когтями. Слабая улыбка заиграла на моем лице.
– Здесь все совсем не так, как я думала. Здесь… красиво. Здесь тихо. Мирно. Совсем не так, как в Сунпо.
Небо было такое чистое, а луна превосходила по красоте даже луны Кёльчхона. Я посмотрела на звезды.
– Так и есть, – тихо признался он. – В смерти есть своя красота.
– Наконец-то я могу… – Мой голос дрожал. – Наконец-то я смогу отдохнуть. – Не передать словами, как сильно я этого хотела. – Я устала, Сан. Я очень устала.
– Знаю, Ли. Я знаю.
Я посмотрела на свечу, которая беспрерывно плавилась в моих руках, затем – на мост. Ынби. Моя Ынби. Ее не было в этом мире. Она все еще обитала в мире живых.
– Это твой выбор, Лина. – Сан обхватил рукой мое лицо, поглаживая большим пальцем щеку. – Но, – сказал он, – обещай, что, решив вернуться, ты позволишь себе жить. По-настоящему жить. Обещай мне…
Он тяжело сглотнул, и я поняла, что он думает о ночах, проведенных за курением халджи на крышах Сунпо.
– Если ты решишь вернуться, обещай, что перестанешь курить, прежде чем это заберет твою жизнь. Что найдешь счастье не в пепле сигареты, а в чем-то другом. Хотел бы я… Хотел бы я понять это до того, как стало слишком поздно. Но для тебя еще ничего не кончено. – Сан хрипло вздохнул. – Если ты решишь вернуться, я надеюсь, что ты обретешь покой. Но не покой смерти, – немного грустно уточнил он, – а покой жизни.
Покой… Мое сердце замерло при этом слове. Я не была уверена, что когда-либо чувствовала его раньше в мире живых. Это было бы слишком большой роскошью. Я бы дорожила им превыше всего.
Сан посмотрел на меня:
– Найди любовь. Настоящую любовь. То существо с серебряными глазами… Я не знаю, кто или что он такое. Но то, что он испытывал к тебе на площади…
У меня перехватило дыхание.
– Любовь? – хрипло спросила я, и в голове пронеслись мысли о Руи, о том, как он выкрикивал мое имя, охваченный ужасом и горем; как он обнимал меня, как сверкали от ярости его серебряные глаза.
«Кто это сделал? Кто сделал это с тобой?»
Я вспомнила наш поцелуй на пляже, счастье, которое я испытывала в его объятиях. Был ли это тот самый мир живых, о котором говорил Сан? Если он вообще существовал.
Что, если я смогу найти покой с Руи?
Что, если он отменит нашу игру?
Сан кивнул и, слегка наклонив голову, отступил от меня. Он убрал руку от моего лица, избегая моего взгляда.
– Я понял, потому что тоже это чувствовал. И чувствую сейчас. Это не было ошибкой, Лина, – прошептал он еле слышно.
Шелковистые простыни. Бутылка шампанского.
Я быстро заморгала, но, даже когда попыталась сосредоточиться на образе Сана, все равно увидела Руи – улыбающегося, прислонившегося к дереву за стеной сада, извиняющегося. Руи, который кружил меня по бальному залу под красивую и ритмичную музыку; Руи, который протягивал мне цветок и плел венок. Руи, который держал меня в своих объятиях, когда я истекала кровью.
Убить или быть убитой.
Но что, если ни один из нас не хочет наносить последний удар? Что, если отношения между нами перестали быть игрой?
– Ты сказал… Ты сказал, что это была ошибка, – произнесла я. – Ты говорил мне это снова и снова.
– Я солгал тебе. И… – По его лицу потекли слезы, он смотрел куда-то вдаль. – И мне бесконечно жаль.
– Почему? Почему ты лгал мне?
Ты, которому я доверяла больше, чем кому-либо еще. Ты, кого я любила. Мы так много могли бы сделать вместе.
– Потому что… – Его светло-карие глаза потускнели. – Потому что я боялся. Потому что с тобой это было больше чем просто покувыркаться в постели. Больше чем… Я не знал, что случится дальше, боялся, что с тобой я захочу иной жизни – жизни вне тени и шпионства. И потом я думал… Я думал, что ты заслуживаешь кого-то лучшего, чем я, Лина.
– Лучшего? – Слезы потекли по моим щекам. – Нет. Не было и нет никого лучше тебя.
