Во рту пересохло, и я тяжело сглотнула. От свечи осталось совсем немного – чуть больше моего мизинца, – я едва прикрывала ее рукой от грозы. Мне нужно было уходить. Сейчас.
Я облизала губы. Внезапно я осознала, что страх сглаживает другое чувство. Дождь смыл все мои слезы, от них не осталось и следа. Меня окутало ощущение покоя, но не такого, как раньше, – сонного и теплого. Это было холодное, недвижное спокойствие. Словно стрекоза в янтаре.
И еще желание. Желание, бурлящее в моей крови. Я хотела… хотела увидеть его, эту тварь, этого змея. Да, я желала увидеть его хоть раз, прежде чем уйду.
Интересно, каково это – провести рукой по мерцающей сине-зеленой чешуе, каково это – оказаться во власти змеиного взгляда.
Не обращая внимания на трепещущее пламя тающей свечи, я сделала шаг вперед. Я шла на звук, издаваемый чудовищем, и сердце нетерпеливо билось в моей груди. Все мои мысли заслонило желание увидеть змея.
Я уже почти шагнула туда, где должен был появиться змей, но тут свеча превратилась в лужицу воска в моей руке. Время вышло.
Закрыв глаза, я прошептала свое решение. Пламя свечи погасло, унося с собой тонкую струйку дыма, и гигантской волной накатила тень. В тот момент, когда она окутала меня с головы до ног, когда я провалилась в пустоту, со мной заговорил змей.
«Порождение яда» – так, кажется, прошептал Имуги, но, едва он исчез, я будто забыла всё, что он сказал.
Я была уже не в Чосыне. Снова плыла, плыла сквозь бесконечную тьму. Совсем одна в этом бескрайнем, вечном море теней. Я парила, оторванная от материального мира, но все же…
Вот оно.
Что-то удерживало меня от того, чтобы плыть дальше в эту тьму. А потом возникло ощущение света, просачивающегося в мое тело, несмотря на его отсутствие в этой пустоте.
Это необычное ощущение достигло моего сознания. Оно усиливалось. Становилось неодолимым и неумолимым. Странное ощущение невидимого света, проникающего в меня, наполняющего мое тело. Я мерцала и дрожала во тьме, а прекрасный, загадочный свет заключил меня в свои теплые объятия и тянул вниз, вниз, вниз…
Тьма исчезла.
На ее месте вспыхнул яркий белый свет.
Он был до боли знаком. Как будто я встречала его раньше, много-много лет назад. В нем было что-то материнское, что-то странно успокаивающее. Жизнь. Этот свет был словно яркая сверхновая звезда, наполненная силой… Силой жизни.
Свет становился все ярче и ярче. Он был ужасен и в то же время прекрасен. Боль соединилась с ощущением удовольствия, когда этот свет просочился в меня.
Жизнь. Но не такая, какой я ее знала раньше.
Было что-то чужое в той жизни, которая вливалась в меня, что-то странное и незнакомое. Несмотря на красивый блеск, я чувствовала под этим теплым сиянием нечто холодное и жестокое, нечто столь же древнее, как звезды. Оно пылало внутри меня, струясь по венам и обвиваясь вокруг мышц. Как будто мое тело стало новым пристанищем для него.
Но что это было?
«Открой глаза и узнай», – прошептал голос, нежный и смертоносный.
И я открыла глаза.
Я лежала под мягким пуховым одеялом, голова покоилась на плотно набитой подушке. Ночной лунный свет проникал в комнату через сверкающее оконное стекло. Туманная дымка, застилающая мои глаза, начала развеиваться, и я увидела книги стихов, разбросанные по письменному столу.
Это была комната Руи. Легкий звук сообщил мне о его присутствии.
Император сидел в кресле, откинув голову на подголовник, глаза его были закрыты. Длинные волосы Руи спутались, пояс нового ханбока был завязан небрежно, будто он надевал его в спешке.
И хотя Руи спал, его брови были нахмурены, губы сжаты, а кулаки стиснуты. Его грудь медленно поднималась и опускалась, а пальцы правой руки слегка подрагивали, словно он видел какой-то сон. Время от времени его голова слегка наклонялась влево, а затем снова выпрямлялась.
На мне была лишь туника с длинными рукавами, вдвое больше моего размера, черная и шелковистая. Должно быть, император заменил мою испачканную кровью одежду собственной чистой рубашкой.
Я попыталась дотянуться до него, но пронзительная боль не дала мне пошевельнуться. Из моих губ почти вырвался стон.
Казалось, даже простой вздох разорвет меня изнутри на части. Кажется, моя грудь и живот были туго перевязаны бинтами, и под ними все болело.
Я лихорадочно попыталась вспомнить. Я не знала, правда не знала, почему я тут оказалась. Что произошло… Мои воспоминания были смутными, словно видения в тумане.
«Если ты решишь вернуться, то позволишь себе жить. По-настоящему жить. Обещай мне…»
Засада в лесу.
Меч, пропитанный ядом имуги, в моем животе.
Чосын. Сан.
И этот свет…
В панике я схватилась за простыни. Как долго я спала? Срок нашей сделки еще не подошел к концу, а без усилителя мне понадобится…
Стоп. Что-то пошло не так…
Я не хочу убивать Руи.
И возможно, это станет моей смертью.
Я вздрогнула от осознания правды, не сумев сдержать стон.
– Лина. – Руи сразу очнулся, его глаза распахнулись. – Ты проснулась.
– Как долго я была без сознания?
Сердце гулко билось в моей груди, и говорить было больно, но все же мне это удалось.
