– Вот, держи! – в ладони соседа лежали чётки. Пётр Иванович потянулся в ответ и принял подарок. Коричневые, затёртые до блеска бусины были очень горячими, как-будто Николаич их только что вынул из печки. Пётр Иванович, готовый принять что угодно от человека, за пять минут объяснившего ему суть всей его жизни и успевшего при этом ещё и успокоить, сжал их в кулаке.
– Но я не умею… – начал отрицать Пётр Иванович.
– Не нужно! Просто закрываешь глаза и фокусируешься на мысли, мысленно помещаешь её в бусину и начинаешь перемещаться пальцами от одной к другой, ответ или решение придут сами. Лучше при этом сидеть, дышать ровно, закрыть глаза и сосредоточиться.
– Закрыть глаза и сосредоточиться… – Пётр Иванович тут же закрыл глаза и перебрал пару бусин, пытаясь одновременно запомнить и отрепетировать сказанное. – Да-да, это почти так же, как с ложкой в кружке. Я так по утрам делаю у окна.
– Принцип тот же. Послушай! Из того, что я услышал сейчас, очевидно, что тебя ждёт большое приключение и важное дело, возможно, даже самое важное из того, что ты успел за свою жизнь сделать. Выбор, конечно, есть, ты всегда можешь отказаться, забыть и забыться. Тем более, у тебя есть, чем, – он указал взглядом на бутылку. – Но тогда придётся вернуться к своим страданиям. Они же тебя сюда привели? Они. Решать тебе! Я знаю, у тебя много вопросов. Но мне не прожить за тебя твой опыт и не прийти к твоей цели, тебе придётся это сделать самому. Я лишь могу быть рядом в сложные моменты. То, что должен был сделать я, – сделано, и, полагаю, осталось ещё одно дельце. Вероятно, мы оба не узнаем, получилось у тебя что-то или нет, но я знаю точно, если ты не отступишь, то последствия будут, и ой какие. А сейчас мне нужно идти. Нужно подготовиться.
– К чему? – продолжая тренироваться с чётками, спросил мэр. Ему не хотелось отпускать соседа.
– К путешествию. Прощай, друг мой! – Николаич направился к выходу с озабоченным лицом.
– Один вопрос, Николаич! – остановил его мэр.
– Да! – он обернулся.
– Что ты думаешь о Городке? Какой он?
– Думаю, ты знаешь ответ, – с лёгкостью ответил Николаич. – Но при всём этом он – разный. Любовь здесь тоже есть, правда, под очень-очень толстым слоем невежества. – Николаич широко улыбнулся мэру, кивнул головой, развернулся и вышел. Сквозь ненадолго открытую дверь Пётр Иванович увидел светлеющее небо серого цвета. “Вот и рассвет”, – подметил он.
Дверь закрылась. Пётр Иванович остался на полу в лодке с чётками в руках. Вслух негромко он стал проговаривать себе под нос: “Рассвет… Закрыть глаза и сосредоточиться… Рассвет… Рассвет… Ссвет… Свет”.
Спустя минуту голова его опустилась к груди, ноги соскользнули по полу лодки и уткнулись в противоположный борт. Пётр Иванович Заснувший уснул.
Выставка
– М-да! – Демид сделал несколько шагов назад, чтобы осмотреть результат своей работы.
Пятнадцать пластиковых прямоугольных планшетов с фотографиями писателя Мехова и каких-то предметов с текстами под ними висели в ряд на двух примыкающих друг к другу стенах пустого выставочного зала, некогда заставленного стеллажами с книгами, а ныне отданного под нужды переехавшего сюда музея.
Помещение было просторным, с высокими потолками и стенами, окрашенными еще в эпоху Третьей Империи: нижняя половина стены голубая, верхняя – белая.
– Ну, мы и сами-то особо не знаем, что делать с такими площадями, – соглашаясь с Демидом, сказала Виолетта Семёновна, директор музея Западного Городка и недовольно поцокала. – Ну кто же знал, что с оформлением музея по новому адресу такая задержка выйдет?
– Ничего, вам там придумают, что с площадями делать. Ещё мало окажется. Кто приглашён сегодня? – спросил её Демид. – Как обычно?
– Да. Будет мэр, ветераны и школьники. Эм, ну и СМИ, разумеется. Всем приглашения выслали.
Её отвлекла запиликавшая из кармана песня известной в молодёжных кругах Дуси Хэш, взлетевшая в своё время в хит-параде популярной социальной сети ПрыгСкок. Сама же Дуся в начале своей карьеры прославилась тем, что с большим отрывом всякий раз побеждала в невероятно популярных онлайн-соревнованиях по заглатыванию кукурузных початков. Она феноменально справлялась с самыми большими и длинными. Люди тогда ещё давались диву, мол, как они в неё помещаются.
Демид закатил глаза и под играющий на двух нотах припев продолжил смотреть на развешанные им планшеты.
Достав телефон, Виолетта Семёновна воскликнула:
– А вот и помощник мэра! Фух! – она выдохнула и смахнула значок с зелёной трубкой в сторону, чтобы ответить.
– Здравствуйте, Давид Евгеньевич! Конечно, всё в силе. Да, как и было заявлено, – в пятнадцать ноль ноль. У нас всё готово. Ждём Петра Ивановича. СМИ будут. Хорошо, до встречи! – она убрала телефон. – Ой, Демид, чего у нас только не было, чего только мэр не открывал в нашем музее. Всё пройдёт, как обычно. За ним его помощник уже поехал. К открытию будут.