— Ну вот, вы слышали? Я сию минуту поеду на Петровку, этот Вадим, кажется, очень толковый парень… Наточка, детка, не плачь, мы постараемся найти картину, я уверен, что они смогут… — он еще произнес несколько фраз по-французски, обращаясь к бледному Пьеру Бувье, а потом добавил по-русски: — Наточка, тебе ведь надо в больницу, да?
— Да, но…
— Никаких «но». Мама ждет! Нельзя заставлять ее волноваться, пусть мальчик тебя проводит, ты проводишь ее, правда?
— Провожу, — растерянно кивнул Валерка.
— Наточка, оставь мне ключи, сюда ведь должны приехать с Петровки, все осмотреть, кстати, здесь ничего нельзя трогать…
— Но почему же вы не вызвали их сразу сюда? — поинтересовался Валерка.
— Как ты не понимаешь? Тогда мне пришлось бы делать официальное заявление, а это повлекло бы за собой массу всяких процедур, и притом весьма неприятных, а мы сделаем все конфиденциально… Вместо толпы милиционеров сюда приедут в лучшем случае два человека, тихонько все осмотрят… Ты же знаешь, что Наточкина мама тяжело больна…
— Да, понимаю, — кивнул Валерка.
Наташа вручила Пешневу ключи, и тот, подхватив своего француза, отбыл на Петровку.
Едва дверь за ним закрылась, как в комнату вбежала Алка.
— Он никуда не звонил! Я сняла вторую трубку! — закричала она. — Он жулик! Они заодно с тем бандитом. Все было подстроено. Ой, а где Степка? — Она распахнула дверцу стенного шкафа, заглянула туда и завопила: — Степанида! Ты спятила, да? Дрыхнешь без задних ног! А тут такие дела!
Степанида и впрямь спала, свернувшись клубочком в просторном стенном шкафу.
— А? Что? Что случилось? — Она широко раскрыла глаза. — Ой, мамыньки, я заснула. — Она вылезла из шкафа, потирая затекшую спину. — Ой, а вы чего такие? Что тут было, а?
— Ну ты даешь! — покачал головой Валерка. — Тут был вооруженный налет, а ты спишь себе, как Спящая красавица.
— Какой вооруженный налет, ты что мелешь?
Алка и Валерка быстро ввели ее в курс дела.
— Ох, матерь божья, что ж теперь будет? Может, в милицию позвонить?
— Нет, мы сами! — заявил Валерка. — Мы сами все сделаем.
— Что? — потрясенно подняла на него глаза Наташа.
— Мы вернем твою картину!
— А ты часом с глузду не съехал? — поинтересовалась Алка. — Как это ты вернешь картину?
— Как, я еще не знаю, но землю с небом сведу! Мы же знаем, кто ее украл. И наше преимущество в том, что воры считают, будто мы — тупоголовые кретины, которые все принимают за чистую монету. На Петровку он поехал! Конфиденциальное расследование! Кому он врет? Я же не новичок в этом деле. А тем более Алла догадалась взять вторую трубку. И он никуда не звонил! А как все удобно! Наташа пойдет в больницу, а в это время он приведет сюда своего конфиденциального сыщика! Да он полный идиот, этот Филиппок! Болван! Все так топорно придумал. И француз этот такой же французский, как я! Филиппок его еще на лестнице предупредил, чтобы тот ни слова по-русски… — в страшном возбуждении говорил Валерка.
— Но как же он?.. Ведь когда приедет Наткин папа…
— К тому времени мы должны вернуть картину!
— Если ее не увезут за границу! — заметила Алка.
— Да! Вот это самое страшное, но… Вывезти картину не так уж просто, а если… Слушайте! А что, если… Что, если нам позвонить в таможню?
— Зачем?
— Предупредить! Сказать, что похищена картина Сислея и чтобы они…
— Валер, ты что? — перебила его Степанида. — Если бы мы были уверены, что они полетят на самолете! А если они на поезде поедут? Да неизвестно еще, в какую страну. Думаешь, по анонимному звонку вся таможня страны на уши встанет?
— Да, Степка, ты права… Просто я привык, что все летают из Шереметьева. Что же делать? Как им помешать?
— Я вот что думаю, — осторожно начала Степанида, — если они и вправду заодно с тем бандюгой, то побоятся сразу за границу тикать… На них же подумают в первую очередь… Им, наоборот, надо туточки быть…
— Филиппку — да, а француз запросто может ехать… А давайте вот что сделаем, позвоним на Петровку и попросим соединить нас с майором Витковским! — сказала Наташа.
— Зачем? Ясно же, что такого майора нет! Он же никуда не звонил! — напомнила Алка.
— Я знаю! Но просто убедимся…
— А по-моему, надо все-таки заявить в милицию, — сказала Степанида. — И объяснить им, что твоя мама больна, ее нельзя волновать, а мы дадим все показания, какие нужно, и они быстренько найдут бандита!
— Не найдут! — покачал головой Валерка.
— Почему это?
— Потому что эти типы наверняка такой вариант тоже предусмотрели. Ну, в крайнем случае сделают у них обыск. Можешь быть уверена, что ничегошеньки там не найдут и вынуждены будут извиниться перед добропорядочными гражданами.
— Но они помешают им вывезти картину из страны! — воскликнула Алка.
— А почему ты так уверена, что они собираются вообще ее вывозить? — резонно поинтересовался Валерка.
— Как почему? А француз?
