– А вы не задумывались, почему она и так удивительно долго живет для паука? – задал ангел ей вопрос. – Дело в том, что тело не вечно, в отличие от души первородного греха. Она сама сигнализирует вам о том, какой паук стал ее новым пристанищем. У вас есть эта ментальная связь. Вы близки с ее сущностью, верно исполняете ее прихоти и кормите ненасытное чрево. Она отплатила вам покорностью всех своих детей – пауков, поэтому они вас слушаются и не могут причинить вам вред.
– Первородный грех, заключенный в тело паука, – восторженно цокнул языком Деос. – Какие разнообразные и изощренные наказания вы припасли!
– Но что происходит сейчас? Как ты это объяснишь? – нахмурилась паучиха, осматривая погубленные земли.
– Разве не понятно? – удивился ангел. – Вы замкнулись в себе. Все вы! Каракурты и Черные вдовы. Заняли оборонительные позиции. Держитесь за старую ненужную вражду, когда в кои-то веки уже пора начать думать о душе. Вы безмерно кормились, кормили свою богиню, доедали все до крупицы, в то время как Уныния страдали от голода. Если бы вы помогали обездоленным, делясь с ними богатствами, которыми обладали с первых дней, то ваши земли, наоборот, все больше насыщались бы, давая вам за проявленную доброту обильный урожай. Но вы же делали так, чтобы земли твердели, как твердеет залежавшийся хлеб. Надо было делиться с нуждающимися. Помогать не сильным в угоду личным интересам, а слабым. Это спасло бы вас, но сейчас вы должны пережить бурю, дабы доказать свое право на дальнейшее существование.
– Жестокость вашего мистического, никому не известного творца не знает предела, – глумливо проскрипел черт.
– Мы предпочитаем называть это справедливостью, – кротко произнес серафим, – неминуемой платой за слепоту, и не важно, сознательную или нет.
– Ферга, то, что ты услышала, никому говорить нельзя! – предупредила демонесса. – Иначе…
– Все, все! – затараторила Черная вдова. – Только не надо продолжать, я поняла.
– Кажется, я вижу… – вдруг возбужденно оповестил соратников Америус. – Похоже, тогда оно было огромным… и очень глубоким.
– Вот поэтому мы и не знали о подводном святилище, – добавила Ферга.
Воины подошли к краю обрыва. То, что осталось от водоема, теперь напоминало глубокий карьер. Он уходил вниз почти на километр. На глинистом дне поблескивали последние лужицы – остатки былого полноводия Серебрянки. Среди ссохшихся водорослей торчало сооружение из неотесанного камня, прямоугольные блоки местами покрылись слоем плотной многовековой плесени, которая тоже постепенно засыхала и теряла свой насыщенный зеленый цвет. Члены команды стали думать, как туда спуститься. Деос сказал первым:
– Можно, конечно, съехать вниз, кхм… на наших мягких точках, но боюсь, что один неуклюжий эльф отобьет все свое дорогое приданое.
– Раз ты так за меня волнуешься, давай я сяду тебе на спину, и мы дружно покатимся вниз, – не полез за словом в карман Америус.
– Да ладно вам! – воскликнула Ферга. – Сколько раз мы спускались, и ничего с нами не произошло!
– Ну-у… с такой-то защитой на ягодицах можно сесть в жерло вулкана и спокойно ковырять себе в носу, – сказал черт, пытаясь заглянуть под латную юбку защитницы. – А, подожди, подожди! Вы, наверное, скатывались на щитах наперегонки с Каракуртами: кто быстрее протаранит стену и доберется до котла, – добавил Вестник, заливаясь смехом.
– Ну ты и дуралей! Все-таки надо было отдать тебя Геенне! – рявкнула паучиха.
– Есть предложение получше. Я опущу туда веревку, и вы, держась за нее и опираясь ногами о выступы, доберетесь до самого дна. Сам я буду держать ее сверху, а лучше привяжу к тому пню, – сказал Иандаэль. – Когда все окажутся внизу, сразу приземлюсь к вам.
– Гениально, – воскликнул черт.
– Приступим, – одобрительно кивнула Неамара.
Серафим снял ореол, в его руках он превратился в моток веревки. Поражая своей атлетической подготовкой, он парой ловких рывков направил его в самый низ образовавшегося кратера, не выпуская один конец из рук. С божественного ободка стала разматываться веревка. Ее золотистый свет прочертил тропу, по которой предстояло спускаться грехам. За трос первой схватилась Неамара. Иандаэль обмотал конец веревки вокруг пня несколько раз. Так, один за другим, воины спустились вниз. Твердые выступы послужили для их ног хорошей опорой. Пятерка, очутившись на самом дне, наблюдала, как ангел быстро собрал трос ловкими движениями, а затем, величаво взмахивая шестью крыльями, приземлился перед ними. Члены отряда захлюпали по грязи в сторону сооружения. Ферга сразу подметила, что еще совсем недавно, во время их последней попытки пробиться внутрь, тут было по колено воды, а сейчас ее почти не осталось и ноги утопали в раскисшей земле по щиколотки. Пройдя немного вперед, бойцы застыли около трех низких ступеней, ведущих к закрытой каменной панели.
– Получается, камень, с которым вы постоянно работаете, стал для вас преградой? В буквальном смысле – камнем преткновения? – спросил Деос у защитницы.
– Этот материал оказался иного рода, – пояснила Черная вдова. – С таким мы дела никогда не имели.
