– А могу я узнать, что было уготовано родоначальнику моего греха? – послышался тонкий голос Хелин. – Возможно, я наконец сумею понять, почему так суровы наши земли.
Деос слегка развернулся и посмотрел на заклинательницу, которая когда-то успела переодеться: на ней были высокие сапоги, легкие рейтузы и средней длины туника, подхваченная на талии тканевым ремешком.
– На сегодня пока достаточно, – спокойным тоном произнес Иандаэль. – Но мы еще вернемся к этому.
– Вот и хорошо! Голова уже идет кругом, – обрадовалась Ферга. – Стоит с вами связаться, как начинается вся эта ненужная мозговая возня!
– Тебе правда неинтересно мироустройство Темных владений? – удивился Америус. – Вероятно, наш незримый знакомый, чье имя желательно не упоминать, действительно бог бессознательного!
– И что это меняет? – нервно бросила Ферга.
– Оставь в покое голодную женщину! Пища для ума ей не по вкусу. Лучше скажите, кто заставил нашу художницу сменить стиль, столь неподходящий для этих топей? Хочу пожать ему руку, – поинтересовался Вестник.
– Это была я, – подала голос Неамара.
– Тогда готов ее расцеловать! Вот бы кто-нибудь и упрямую Шиву вразумил сменить эти сандалии.
– Радуйся, что они на мне. – Горгона кинула на него хмурый взгляд. – Большинство моих соплеменников предпочитают ходить без обуви. Голыми ступнями лучше ощущается земля. И так куда проще предугадать ее опасные места. Мы называем это «ликхиаш».
– Единение, – перевел Америус.
– Чем меньше на тебе вещей, тем лучше ты чувствуешь и познаешь ее изменчивую природу, – дополнила Шива.
– Так, значит, у вас говорят? – раздумывал вслух Деос. – А за то, что мы любим ходить полураздетыми, блудная мать нас щедро вознаградила… трепонемой.
Чем дальше они углублялись во владения Зависти, тем выше и толще становились деревья. Шива назвала эту местность «жилой зоной». По ее словам, на таких редких клочках земли и селились горгонские племена. Поселение, к которому отряд приближался, считалось одним из самых крупных. Сотни моргающих фонарей, усеянных светлячками, издалека оповещали о нахождении тут особо оживленного населенного пункта.
– Ух ты! Совсем не ожидал такого от захолустья, – Деос искренне удивился, окидывая взглядом внешние укрепления.
Забор, сделанный из тонких стволов болотных деревьев, почти не предоставлял племени «Амшрен» никакой защиты, но определял границы поселения. За этим плотным рядом жердей высились пышные кроны многовековых деревьев, а прямо под ними прятались маленькие хибарки. Такие жилища строились на толстых ветках вокруг стволов. Между деревьями были проброшены подвесные мосты, висящие на разных уровнях.
Единственный караульный, дежуривший за забором на высокой деревянной пристройке, завидев незнакомцев, сразу взялся за тахшем и выкрикнул на общегреховном:
– Мы сейчас никого не принимаем, уходите!
Шива велела соратникам остановиться, а сама сделала несколько шагов вперед:
– Ушьят, мы пришли с миром.
Услышав свое имя и ее голос, мужчина заколебался, но потом рассмотрел знакомые черты.
– Шива, это ты? – не мог поверить караульный. – Ты жива? Мы думали…
– Знаю, – произнесла она. – Мне надо поговорить с Шаусу.
– Да, да, сейчас… – всполошился представитель Зависти. – Я только спущусь.
Остававшиеся позади воины подошли к Шиве. Хлипкая узенькая дверца приоткрылась, и в проем спешно проскользнули все члены отряда. Перед тем как проводить чужаков к шаману, караульный вновь отладил примитивную защиту: обвязал вокруг заборного столба веревку и припер ворота камнем, затем подозвал околачивающегося неподалеку паренька, чтобы тот нес дозор на время его отсутствия.
– За мной, – Ушьят поманил их рукой.
Чужаки послушно последовали за ним. Всю дорогу они вертели головами, жадно впитывая туземный колорит. В свою очередь и жители племени с немым изумлением изучали иноземных гостей. Нечасто им приходилось видеть представителей других грехов, тем более всех разом. Одежда местных делегацию Бастиона свободы не впечатлила – в такой ходила Шива, не изменявшая обычаям своего племени. Куда больше воинов заинтересовало само поселение. Фонарные изогнутые столбы с искусной резьбой и подвесные светильники со светляками внутри, висящие над дверьми, – пожалуй, это были все примечательные детали. Простенькие хижины тут были возведены как над землей, так и на ней. При всей своей примитивности построены они были на совесть, за ними следили: соломенные крыши были ровно подстрижены, а каждая ветка в стене никуда не выступала и располагалась точно на своем месте. Внешнее украшение стен горгоны этого племени превратили в архитектурную особенность: затейливое переплетение стеблей складывалось в узоры из ромбов, объемные колонны, а иногда в тотемных животных, защищавших от появления незваных гостей и злых духов.
– Надеюсь, мы прогуляемся по верхнему городу? – спросил Деос, снизу наблюдая за выскочившими наружу жителями. Одни вышли на навесные балконы, другие сгрудились на висячих мостиках. От рутинных дел их заставило отвлечься появление лощеных грехов из большого, недоступного им мира.
