Миллер обнимает меня, его кисть расслаблена, пальцы легко касаются моего плеча. Он смотрит мне в лицо, и его губы приоткрыты, словно он что-то говорит, а я смеюсь прямо в камеру. Мы стоим рядом, и я вдруг замечаю, что Миллер вдвое больше меня. Он выше сантиметров на двадцать и гораздо шире в плечах. Между нами никогда не было такой разницы. Раньше мы были почти на равных, а сейчас тот же Миллер легко заслонит меня собой.
– Выглядит и правда очаровательно, – соглашаюсь я.
Вера поворачивается ко мне, медленно снимая очки дрожащей рукой.
– Вы все уладили после стычки во время утреннего шоу?
Само собой, они смотрели шоу. По этому случаю папа наготовил праздничных блинчиков и еще кучу всего.
– Конечно, – говорю я. – Уладили.
Они с папой переглядываются, и Вера тут же переключается на другую тему:
– Я узнала про него. Про Блейза Вайзнера.
Мы молча смотрим друг на друга. Я знаю, чего Вера ждет, но не могу заставить себя признаться вслух: это ужас. Я заходила к Вайзнеру на сайт и видела его фото – сильно за пятьдесят, с аккуратной седой бородкой и весь в черном. Называет себя «шаманом человеческих душ». Ему принадлежит оздоровительный центр в Малибу, который называется Институт Вайзнера, где разные знаменитости и все прочие, у кого найдутся лишние шестьдесят тысяч долларов, могут провести месяц, «воссоединяясь со своей душой». Я так и не поняла, откуда взялось звание профессора. Все мои попытки поговорить о нем Эвелин упорно игнорирует.
«Не о чем беспокоиться, – ответила она на первое паническое сообщение, которое я настрочила, прочитав его биографию. – С алгоритмом все в порядке. Сосредоточься на работе с Миллером».
– Он подтвердит и обоснует все, о чем они попросят, – говорит Вера. – Любое безответственное предсказание. То, что невозможно узнать.
– Они добавляют самые невинные категории. – Я старательно увиливаю от неприятного разговора. – Типа «вы заведете собаку такой-то породы». Ничего опасного.
Вера смотрит мне в глаза.
– Ты уверена?
«Нет».
– Уверена.
Повисает напряженное молчание. Вера не отводит взгляд. Наконец папа, сидящий у противоположной стены, откашливается.
– Ну ладно, – говорит он. – Тебе сегодня прислали вот это.
Он указывает на край стола, где сверкает глянцем, бросая отблески на потолок, буклет Университета Колорадо в Боулдере. Под ним прячутся еще штуки три буклетов от разных учебных заведений – все хотят получить мои деньги за обучение.
– Через пару месяцев можно будет подавать заявления. Ты уже начала думать, куда будешь поступать?
– Папа… – Я благодарна ему за смену темы, но почему нужно было заговорить именно о поступлении? Совсем недавно за обедом Марен составляла список колледжей, в которые хочет подать заявление. Мне не нужны дополнительные напоминания. – Ты же знаешь, что не начала. И не собираюсь.
– Ро, ты пропустишь…
Но я не успеваю узнать, что именно пропущу, потому что Вера начинает кашлять. Кашляет сильно, задыхаясь, содрогаясь всем своим хрупким телом. Я тянусь к ее руке, и она хватается за меня, забыв про спор. Ее тонкая сухая кожа холодит мою ладонь. Папа ставит на стол стакан воды. Мы с ним встречаемся взглядами, и у меня кровь стынет в жилах. Это страх.
Даже когда Вера перестает кашлять, делает глоток воды и уверяет, что с ней все в порядке, страх не уходит.
На следующей неделе Вера идет на прием к онкологу, и я стараюсь занять себя на полную катушку, лишь бы не думать об этом.
В среду, когда я выхожу во двор обедать, Марен ставит на наш стол громоздкий пленочный фотоаппарат.
– А это еще что? – спрашиваю я.
На Марен толстовка оверсайз, волосы собраны в хвост, при виде меня она расплывается в улыбке.
– Я наконец-то выбрала тему проекта.
Я моргаю не меньше трех раз, пока до меня доходит. Выпускной проект! Школа. На свете есть не только новые категории «ПАКС» и попытки изобразить влюбленных.
– Мне уже волноваться? – Я усаживаюсь на скамью, щурясь на высокое октябрьское солнце. Листья осин у подножия холма пожелтели. – Конкурирующее приложение, предсказывающее будущее?
Она фыркает от смеха, потом теребит ремешок фотоаппарата.
– Близко, но не совсем. Хочу заняться фотографией. Только пленка, причем черно-белая. Мистер Кун одолжил мне свой фотоаппарат до апреля.
– Это же супер, – совершенно искренне радуюсь я.
Марен всегда любила фотографировать. Несколько лет назад она сделала фотографии для нового сайта «Бобов на озере», кроме того, она возглавляет наш комитет по подготовке ежегодника. А на следующий год собирается заняться изучением живописи в том колледже, куда ее занесет. Хочется верить, это будет не слишком далеко от меня и XLR8.
– Я все еще продумываю детали, – говорит Марен, доставая из сумки пакет с морковкой. – Может быть, это будет что-то типа «Когда они смотрят в другую сторону». Снимки людей, которые не догадываются, что их фотографируют, или которых я застала врасплох. Живые люди без всякой подготовки. Взгляд под капюшон человечества, – произносит она голосом диктора, озвучивающего трейлер к фильму.