– Только учти, там и, правда, очень глубоко, – предупредил Пашка. – Я одной ногой дно цеплял, а второй уже нет. Сразу плыть нужно. Ты как – умеешь?
Лерка засопела сердито. Потом решительно поднялась на ноги и потянулась.
– Ага. Как топор. Да шучу я, шучу. Плаваю. Не как рыба, конечно. Но я ж этот… бронежилет одену.
Пашка поднялся следом.
– Я тогда с тобой. А то бронежилет твой…– он скривился недоверчиво.
Скинув майку и шорты, оставшись в ярком оранжевом купальнике, Лерка стала похожа на тоненькую экзотическую рыбку. Если бывают экзотические рыбки с решительно нахмуренными бровями и торчащими в разные стороны волосами.
Соня, улыбаясь, смотрела на подругу и радовалась тихому солнечному дню, чудесным людям и такому необычному месту. Будет что рассказать родителям.
Папа оценит.
Мама…
Мама будет переживать…как обычно. Зато Данька обрадуется, начнет выпытывать, что да как, и непременно придумает новую игру в водяных, подводных чудищ и стрррашных морских драконов. Как-то не к месту вспомнился недавний разговор с мамой. Ей нужно дать ответ.
Сегодня, или завтра.
Папа ведь сказал – у каждого своя реабилитация!
Вот и будем…реабилитироваться. А Черный ставок – место самое что ни на есть подходящее! И вообще, Соня давно проголодалась, а запах на полянке стоял такой, что слюнки текли. Рука так и тянулась стащить со стола бутерброд…или пряник…или …во-о-н те соленые огурчики.
Пусть уже неугомонная Лерка поплавает в проклятом местными озере, как она давно мечтала, и – обедать!
– Холодная! – взвизгнула Лерка, усевшись на берег и опустив ноги в воду.
Пашка разбежался и с разгона сиганул в озеро, подняв тучу брызг.
– Ааа! – с громким воплем Лерка соскользнула вниз и бестолково забила руками и ногами.
Будущий доктор уверенными широкими гребками рассекал вокруг нее, словно акула. Но увидев, что помощь по спасению утопающих не требуется, отплыл подальше, улёгся на спину и, раскинув руки, блаженно закачался на волнах.
– Ну как тебе? – Соня приткнулась на край бережка и тоже окунула ноги, ойкнула и зажмурилась от удовольствия.
– Холодно и глубоко! – Лерка перестала бояться и, довольная, барахталась в паре метров, не рискуя заплывать дальше. – И совсем не страшно!
Дядька Степан отвлекся от любимой рыбалки и снимал видео на телефон, что-то негромко комментируя.
– Пашка, – весело крикнул он, – попробуй дно достать!
Парень лениво перевернулся на живот, затем завис вертикально, поднял над головой руки и медленно начал уходить под воду. Зрелище получилось жутковатое. Особенно на фоне скальных обрывов и наползающей черной тени.
Наталочка, не спускавшая глаз с жениха, испуганно замерла, кажется, даже дышать перестала.
Пашка вынырнул нескоро, шумно отплевываясь, неспешно погреб к берегу, зацепился руками за корягу прямо возле ног невесты.
– Не, дядь Степ, не достал. Глубина добрячая. Обрыв сразу. Да не бойся ты, дуреха! – ласково улыбнулся девушке, брызгая на нее водой. – Давай лучше купаться. У Лерки жилетку отберем, и поплаваешь.
Наташка замотала головой, часто моргая. Потом молча отошла от берега, накинула теплую кофту и, отвернувшись от всех, начала мешать кулеш.
Соня подошла, тихо опустилась рядом, коснулась плеча.
– Все хорошо? Ты за него испугалась, да?
Наташка быстро вытерла рукой глаза.
– Я, знаешь, какая трусиха! Я за него жутко боюсь. Особенно… – она судорожно вздохнула, – мы под обстрел попали, и…короче… Он же врач. Ну, почти врач, полез помогать…а там…там…дети…и…
Она прижала ладони к губам, пытаясь сдержать то ли вздох, то ли рыдание…
Пашка неслышно подошёл, осторожно присел возле Наташки. Та уткнулась носом в мокрое плечо и тихонько засопела.
– Ну, все, все! – утешал парень. – Не буду больше нырять, не бойся. Нет тут никаких водяных.
– Дурак!
– Точно…
*****
Счастливая Лерка кинула жилетку на песок, вытерла полотенцем мокрые волосы и плюхнулась на подстилку. Влажные прядки торчали смешными сосульками.
– Есть хочу! – заявила она. – Где там наши тарелки?!
Дядька Степан прикатил из леса небольшое бревно, кряхтя, уселся на него, игнорируя удобные стулья.
– Отправил фото и видео, как ты дно доставал, – довольно сказал он, принимая из рук крестницы порцию кулеша. – Бутерброд дай, во-он тот, с колбасой. И не смотри на меня косо. Тоже мне – цензура! Диета – она для дома. А раз в год можно и нарушить. Пашка твой вылечит. Я ещё карасей на углях запеку. Пальчики оближете.
Он толкнул локтем будущего врача, тот угукнул, чуть не подавившись горячей кашей.
– Расскажи, как тебе чёрное озеро?
– Круто! – ответила Лерка с набитым ртом. – Вода ледяная. Видно, подземные ключи бьют. Иначе, с чего бы? На карьере вон тоже глубоко, но такого нет. Или на реке – там вообще течение и нормально. А тут бррр… Аж дыхание перехватило от холода. Сначала страшно! Водоросли из глубины щекочут. А потом весело! Жуть! – она потянулась за салатом, подумала и доложила себе каши, выискивая в котелке тушенку.
Соня обернулась. Солнце медленно двигалось к закатному краю неба, и противоположный берег с высокими скалистыми утесами мрачно нависал над темнеющим озером. Вода отливала густой вязкой чернотой.
