Спешившись, Бринот сразу же отправился в шатёр, чтобы переодеться в альшэ. Свадебный наряд по обычаям архэтства состоял из прямых штанов, сине-зелёной туники тончайшего эрхэйского шёлка и белого полуплаща на одно плечо, скреплённого на шее застёжкой в виде крабьей клешни. На взгляд Шейрона, кряжистый и начавший седеть наставник смотрелся в альшэ забавно и нелепо. Но орхэт не стал говорить ему об этом, не желая ещё больше волновать и так встревоженного фаира Бертила. Сам же Геррерт облачился в украшенный керановыми вставками бирюзовый эдеш, в тот же, что и на его собственной свадьбе.
Ближе к полудню прибыл шехэт Анэтор, сопровождаемый избранными рыцарями. Это был суровый человек с крупными чертами лица, сложением и повадками напоминающий своего же гербового кита. Такой странный символ объяснялся тем, что когда-то предки Люмэ жили на побережье Исамонд, и несколько раз в год, вооружившись гарпунами, выходили в море на охоту за великанами глубин.
— Фаир Бертил! Орхэт Шейрон! — приветствовал он, воздевая сжатую в кулак руку: лучи солнца весело заплясали на четырёх могучих перстнях. — Мой стол — ваш стол, отдохните с дороги, энхэты. Сегодня ночью будет не до сна.
Гости стали прибывать только вечером, так как само торжество по традиции начиналось ближе к полуночи. Свадьба сестры владетельного шехэта стянула к берегу Змейки не только рыцарей гердского Кольца, но и нескольких крупных соседей-энхэтов, среди которых первым по знатности и влиятельности был шехэт Цейтана, Антаэ Ниаль со своей супругой Омалэ, наследницей Хента.
Столы уже были накрыты, и жених сидел на почётном месте рядом с братом невесты, которая до сих пор не показалась. Каждый из присутствующих почитал своим долгом лично поздравить фаира Бертила с этим знаменательным событием, и вручить свадебный подарок, ценность которого зависела от знатности рода дарителя. За короткий срок Бринот сделался обладателем: полных латных доспехов, трёх богато украшенных именных мечей, охотничьего лука из белоствольного вальда, невероятных размеров винного кубка, седла из кожи хорхэя, прекрасных керановых шпор и даже небольшого кораблика для прогулок по реке Змейке.
Берёзовый Рыцарь чувствовал себя крайне неуверенно, будучи по жизни человеком достаточно простым, он впадал едва ли не в ужас от подобной щедрости. Всех подходящих к нему фаир Бертил благодарил долго и искренне, по-детски радуясь каждому подарку.
Последним из гостей к жениху приблизился шехэт Цейтана. Герб Антаэ Ниаля украшал летящий аист, но судя хрупкости телосложения и заострённому с мелкими чертами лицу, ему больше подошла бы крыса. Отталкивающее впечатление усиливалось при взгляде на супругу шехэта, держащую того под руку. Омалэ была на голову выше мужа и не в пример красивее.
— Поздравляю от всего сердца, и желаю вам с прекрасной Халэей долгих и счастливых лет брака! — тоненько пищал Ниаль, пожимая могущую длань фаира Бертила своими лапками. — В знак же моего уважения и дружеских чувств позвольте преподнести вам этот подарок!
Шехэт Цейтана протянул ему небольшой ларец из красного дерева, украшенный затейливым рисунком на тему извечного противостояния Раукар и Светоносного. Прислужники поставили ларчик перед рыцарем, но прежде чем тот открыл его, слово взяла Омалэ:
— Фаир Бертил, мы с моим милым Антаэ очень надеемся, что этот подарок придётся вам по душе, — проговорила он чудным глубоким голосом и, нежно улыбнувшись, откинула со лба иссиня-чёрную прядь.
Немало заинтригованный её словами, Бринот резким движением отбросил крышку, и замер с выражением полнейшего изумления на лице.
— Это… это же… откуда вы узнали?!
— Видите, фаир Бертил, как много в нашей жизни значит осведомлённость, — сказал на это шехэт Цейтана, и его крысиная мордочка ощерилась в подобии дружеской улыбки. — Услышал я между делом о вашем увлечении, не придал значения тогда, зато теперь вот…
— Она великолепна! Примите мою безмерную благодарность, Ваша Милость! — выражение лица Бринота изменилось, теперь казалось, что он готов расцеловать шехэта в худосочные ланита.
Геррерт, сидевший через два места от фаира Бертила, не видел, что именно находилось в шкатулке. Что за тайное увлечение есть у его бывшего наставника?
И Шейрон, вытянув шею, кое-как умудрился заглянуть в ларец, едва не рухнув на шехэта Анэтора. На бархатной тёмно-красной подкладке лежала искусно вырезанная из белодрева флейта.
Весь вечер жених так и просидел один, принимая подарки, выслушивая поздравления и хвалебные здравицы. Гости, не скупясь, сметали со стола подаваемые угощения, жадно запивая их, благо шехэт Анэтор предоставил богатый выбор всевозможных напитков. У одного лишь фаира Бертила кусок в горло не лез. Зрелый и уверенный в себе мужчина жутко разволновался, ожидая встречи с невестой, словно зелёный юнец, добивающийся благосклонности неприступной красавицы.
