— Как и Амония для меня, — печально улыбнулся регент, и продолжил. — Также он сообщает, что на высшем совете решили начать Священный Поход против сил тьмы. Эзерскую рать император возглавит лично, каждый из четырёх архэтов соберёт войска вассалов. В Альхар отправили послов с целью выяснить намерения султана Азиза.
— А обо мне ни слова?
— Почему же? Уверен, что в Норин уже отправлены гонцы, несущие весть о Священном Походе. Без тебя императору точно не обойтись.
— Поход значит, — проговорил Вейн, его лицо опять приобрело задумчивое выражение. — Не думал, что до этого дойдёт. Тордэан настроен решительно. Вот только, как бы это начинание не обернулось полным крахом…
— Хм…
— Подумай сам, Seliri появляются на далёком севере, и наносят дерзкий, но, по сути, бессмысленный удар. Они не трогают земель ксэхэта Эфмэ, будто дожидаясь, когда в Мирьех стянутся войска. Они будто хотят сказать: «Вот мы на ваших землях, давайте прогоните нас, если сможете!» Те, кто их направлял, не могли надеяться на победу, ведь их было слишком мало, а Костёр обнаружили и погасили слишком быстро. Уж не вызов ли это?
— Думаешь, кто-то намеренно заманивает имперские войска в ловушку?
— Очень похоже на то. Может быть, они полагают разгромить пришедшие в павший Мершвельд войска, ведь на открытом пространстве у Seliri огромное преимущество, или же собираются открыть Костры в самой империи и уничтожить изнутри ставшие беззащитными земли, или…
— Вейн! Всё это более чем серьёзно! Мне кажется, император должен знать о наших предположениях, и будет лучше, если он получит эти сведения до начала Похода, — взволнованно проговорил регент.
— Хм… письмо? Нет, там всего не выскажешь. Может самому?! А что, Карла оставлю здесь, воспользуюсь
— Есть место с Кругом Фаанэ, мне как-то довелось им воспользоваться. Это в великом храме Оуриса. Нужно только вспомнить последовательность знаков… погоди… Я где-то… — Этельдор принялся потрошить содержимое ящиков и ларей. — Ага, вот! — восторжествовал он, извлекая на свет испещрённый знаками свиток.
— Не сложно-то, в общем. Где у тебя Круг? — деловито спросил Бессмертный, снимая с подставки посох.
— Обожди, не спеши. Боюсь и это нам не подходит, — прервал его Этельдор.
— Zerch! — скорее удивлённо, нежели сердито воскликнул Вейн. — Почему?
— Проход может быть открыт только по распоряжению шетума, а всех, кто попытается воспользоваться Кругом без него, убивают на месте.
— Всего лишь? Отобьюсь!
— Но…
— Никаких «но»! Я как-никак ксавэт, искусник трёх, мать его таинств, что мне храмовых служек бояться?! О, вот, кстати, и Круг!
***
Трое всадников в тёмных плащах пронеслись по улицам города, почти невидимые под пологом ночи. Никем незамеченные достигли они ворот замка. Тот, что ехал впереди взмахнул рукой, и двое стражников немедля кинулись к подъёмной лебёдке, а их товарищ со всех ног побежал извещать Его Светлость, архэта Амони де Пьюса.
Наследник был удивлён и рассержен, из лепета стражника он уяснил лишь то, что прибыли какие-то важные гости, срочно требующие встречи. Разбуженный этим сообщением, он кликнул Гельри, стоящего на часах, а на деле дремавшего в соседней комнате. Тот, явившись, встал в проходе, сонно позёвывая. Амони приказал принести архэтский эдеш, когда же приказание было исполнено, нехотя оделся и, опоясавшись мечом, спустился в тронный зал замка.
Этельдор уже был там, вместе с тридцатью всполошёнными гвардейцами, выстроившимися в два длинных ряда. Стражники-горностаи держали в руках внушительные секиры, готовясь пустить их в ход, если потребуется.
— Где они? — спросил Амони регента.
— Ждут.
— Пусть войдут! — воскликнул он с громкостью достаточной, чтобы услышали часовые. Те, мгновенно вскинувшись, поспешили отворить тяжёлые створки дверей.
Полночные гости вошли, все трое в дорожных плащах с капюшонами, только у двоих они были откинуты, а третий продолжал таиться. Шагающий первым имел ярко-зелёные глаза и длинные светлые волосы, стянутые в хвост. Слева от него шёл совсем молоденький пухлощёкий паренёк с простыми и мягкими чертами лица. Справа же и чуть поодаль остановился некто, чей лик скрывала чёрная маска.
Амони кинул непонимающий взгляд на Этельдора, тот улыбался, строгое и жёсткое его лицо потеплело.
— Ваша Светлость, позвольте представить моих досточтимых собратьев-чародеев из Норина: Циро, прозываемого Кераном и юного Лейхте!
Зеленоглазый и пухлощёкий одновременно поклонились.
«А это кто?» — хотел было спросить наследник про человека в маске, но Циро, словно прочитав его мысли, объявил:
— Элизий Дорэан, шехэт Аэдвиля, сын тонхэта Кервита Дорэана, прозываемого Пепельным Лисом и ваш брат меча!
— Имею честь служить Вашей Светлости! — проговорил представленный звонким ничуть не изменившемся голосом.
