– Ты же меня «моей» летом угощал.
– Та, Лида, грунтовая была, а эта из теплицы. Переживал, будешь или нет, говорят, при кормлении нельзя.
– Мне можно, я, и будучи беременной, клубнику ела. Благодарю, Николай.
Он раскрыл контейнер и пододвинул ко мне.
– Поешь, мытая.
Я взяла ягоду – такая крупная бывает в первое плодоношение молодого куста. Закрыв глаза, потянула носом воздух.
– Ароматная! Знаешь, со мной в один год на даче трагедия случилась. – Я хохотнула. – Я новую грядку земляники заложила, весь сезон возилась, рассаду растила. Предвкушала – урожай на следующий год будет небольшой, зато ягода будет крупной. Так и было. Кисти всего по три-пять ягод завязались, но ягоды просто огромные. Только они стали зреть, барсуки на участок напали. Каждое утро я начинала слезами – оплакивала их ночное пиршество. Так, пока вся ягода не вызрела, и таскались. – Я надкусила землянику и посмотрела на прогуливающихся мужчин – Андрэ вёл их к дому. – Барсуков потом Паша всех повывел. Вкусная земляника, спасибо, Николай, порадовал! Продукты, которые нам привозишь, Маша всё время нахваливает. Не знаю, как и благодарить тебя!
– Я от чистого сердца, Лида, – обиделся он, – не думай, что грехи замаливаю. Знаю, Сергей никогда уже в дело не возьмёт. Денег вот немного скопил, хотел спросить у него совета, куда вложить, и не решаюсь. Как думаешь, ответит он мне?
Я пожала плечами и подумала: «Удивительно, что Серёжа тебе руку при встрече подаёт и в доме своём принимает».
– Маша сказала, у тебя дело ко мне. Сейчас решим или после обеда?
– Дело-то невеликое. Ты говорила тебе помощников в дом надо. Я привёз семью. Четыре человека – муж с женой, дочка-школьница, ещё мать мужа. Переселенцы из Средней Азии. Вроде работящие, у меня два месяца отработали. Сейчас девочке в школу надо, а у меня в хозяйстве, сама знаешь, школы нет.
Я осмотрелась по сторонам.
– А где они?
– В машине ждут.
– Как в машине?! – ахнула я. – Ты же давно приехал! Зови их, пожалуйста, Николай. Вначале пообедаем, потом поговорим.
Николай отправился к машине, а я навстречу Андрэ и гостям. Собаки от меня не отходили, и я запустила пальцы в шерсть на их загривках.
Мальчик из коляски смотрел спокойным прямым взглядом – ни стеснения, ни вызова. Улыбнувшись, я протянула руку и, осознав свою оплошность, рассмеялась, склонилась к креслу-коляске и обеими руками пожала лежавшую на коленях руку.
– Здравствуйте. Простите, что не встретила раньше. Я Лидия. Рада видеть вас в нашей усадьбе.
– З-з-здравствуйте, графиня. Я тоже рад познакомиться с вами. Вы очень к-к-красивая и красиво танцуете, я вчера весь день на вас с-с-смотрел. Я знаю о вас больше, чем вы обо мне. Я з-з-знаю, что ваш муж зовёт вас Маленькая; знаю, что сегодня вы сами готовили обед, и нас ждёт какой-то невероятный по вкусу борщ. Ещё я з-з-знаю, что это вы настояли на моём приезде в ваш дом. Меня зовут Илья, графиня.
– Очень приятно, Илья. Собак не боитесь? Позволите им познакомиться с вами?
– Д-д-да, – неуверенно согласился мальчик и расширившимися глазами посмотрел на псов.
– Мальчики, познакомьтесь, – обратилась я к псам, – только вежливо. Это Илья.
Псы вытянули шеи и обнюхали Илью. Лорд аккуратно лизнул Илью в щёку, Граф уткнулся носом в лежавшую на коленях руку. Илья хотел погладить пса, но его рука совершила слишком резкий и слишком далёкий от цели бросок. Он вновь прижал её к коленям, и Граф положил на неё голову.
Пока они знакомились, я прижалась плечом к груди Андрэ и, взглянув на помощника Ильи, представилась:
– Лидия.
Мне паренёк не нравился – пока я шла к ним от террасы, его рыбьи, водянистые и выкаченные из орбит глаза медленно скользили по моему телу, а на губах, влажных и красных, стыла неприятная улыбка. Сейчас он смотрел на мои губы.
– Графиня, мой друг глухонемой. Его з-з-зовут Родион, – представил Илья и вдруг засмеялся. Смех мальчика был некрасив – грубый, отрывистый, слишком низкий для тщедушного тела. – Ваши собаки п-п-прелесть.
Играя, Граф захватил кисть мальчика в пасть, и Илья вновь залился смехом.
– Илья, Родион, прошу в дом, скоро будем обедать, – пригласила я.
Не торопясь, мы все вместе двинулись к дому. Псы зашли с тыла и обнюхали Родиона, тот хотел погладить Графа и уже протянул к нему мозолистую, широкую и короткопалую ладонь, но пёс вежливо уклонился, и оба пса отошли.
– Маленькая, ты справилась без меня? – крикнул подходивший к террасе Павел. Поджидая нас, он остановился у ступенек.
Немного в стороне стоял Николай, а рядом с ним прижавшиеся друг к другу три женщины.
– Конечно, Паша! – Я хохотнула и подразнила его: – У нас с Машей сегодня был замечательный помощник королевских кровей! – И пока Паша помогал Родиону поднять коляску с Ильёй на террасу, вполголоса обратилась к графу: – Андрей, отдай распоряжение о дополнительной сервировке на четырёх человек, я задержусь.
Граф кивнул, рассматривая незнакомок.
– Да знаю уже, – досадливо отмахнулся Паша и похлопал ладони одну о другую. – Маша никак не нахвалится. Надеялся, скажешь, что без меня ты скучала.
