— Так теперь у нас есть алиби! — Внезапно восклицает девушка и смотрит то на меня, то на Стефана: у нас с ним сейчас одно ничего не понимающее выражение лица. — Ну как до вас не доходит? Сейчас придет Архивариус, ты ему скажешь, что сбежал, потому что эта Деннард охотится на тебя, недолюбливает. Хотите правду говорите, что она шпионкой была, хотите — нет. Придумай что-нибудь, Оденкирк! Скажи, что эта чокнутая за тобой до самого Лос-Анджелеса гналась. Что ты знаешь, что тут есть портал в школу, что тебе помог Стефан с оружием!
— Да, отлично складывается, только он спросит, почему сразу с Сенатом не связался?
Варя замолкает. Но вместо нее эстафету принимает Стефан:
— Скажи, что испугался Кристен. У тебя и так мозги набекрень, не зря ты на лечении: просто не подумал об этом!
— Хорошо! Но Деннард же числится в Инквизиторах!
— А ты уверен в этом?
Я изумлённо оборачиваюсь на Клаусснера.
— Она договор при Архивариусе подписывала. Конечно, там думают, что она Инквизитор!
— Но она не показала знак в Сенате.
Я хочу ответить на это, но лишь в бессилии открываю рот — мне нечем крыть. Ведь и вправду, когда искали Романову, Деннард отказалась показывать Янусам знак, потому что тогда бы она себя рассекретила перед нами, а еще возможно, что у нее есть грешки и она числится в документах Сената. Так что, да. Скорее всего, Деннард определят, как Химеру и не найдут тот злосчастный договор с Саббатом.
— Добрый день, — мы оборачиваемся, не услышав, как к нам вошел в комнату мужчина. — Как вы себя чувствуете?
— Спасибо, хорошо. — Я с удивлением смотрю на вошедшего и никак не пойму, что с ним: похож на дурачка с глупой улыбкой.
— Вот, вас просят к телефону. — Он протягивает трубку от стационарного телефона, и тут я замечаю бледный знак Луны под яркими линиями Солнца. Всё ясно — перевертыш. Я впервые в жизни видел обращенного. Варвара тоже замирает и смотрит зачарованно на его руку. Я забираю трубку и прикладываю к уху, не отрывая взгляда от идиотской доброй улыбки Химеры-Инквизитора.
— Да?
— Рэйнольд? Ну, надо же! Вот удача! Я уж думала, его Высочество не удостоит объясниться со своей Главной. — Реджина бесится, злится. Будь она в комнате, то предметы летали бы от ее негодования.
— Реджина, дай мне объясниться…
— Оденкирк, мне надоело прикрывать тебя! Это невозможно! Я не смогу тебя спасти, если будет суд!
— Реджина…
— Рэй! Ты думал о том, что ты причиняешь мне боль и страдания? Ты вообще о других думаешь? Ты мне, как сын! Вы все, как мои дети! И видеть, как вы бездарно тупеете от своих чувств, это просто выводит меня! — Ее голос уже истерит в трубке. Я такой Хелмак никогда не слышал.
— Реджина, я тоже люблю тебя и отношусь с почтением, но выслушай, ради Бога! Я могу оживить Мелани! Ты понимаешь? — Она молчит. Ощущение, что будто никого нет на той стороне. — Алло? Реджина?
— Рэй… ты такой дурак! — Голос Хелмак глух и печален. В нем слышится ее возраст и скорбь.
— Реджина, ты знаешь, что Морган воскресил трех Древних колдунов? Их тела восстановили из праха.
— Знаю…
— Мелани знала того человека, который восстанавливал тела! Ты понимаешь? Она оставила записку сестре с координатами этого колдуна. И, кстати, Варвара видела ее призрак! Я не сумасшедший, как ты меня уверяла. Я действительно видел ее! — Внезапно гнев накрывает меня. Господи, кому я объясняю? Реджине! Той, которая всё знает обо всем и вечно молчит! — Значит так, я воскрешу Мелани. Я найду этого проклятого Дэррила, и никто меня не остановит! Слышишь? Никто!
В трубке слышится тяжелый вздох отчаяния.
— Рэй… Прости меня.
Не этого я ждал в ответ от Реджины. Внутри все замирает от страха.
— Что?
— Я знала, что есть этот колдун и что Мелани оставляла координаты сестре, чтобы ее оживили. Мы с ней говорили об этом накануне, как она сдалась Сенату. Даже больше, я помогла ей в этом. — Жар ненависти к ней ударяет в голову. Я не вижу ничего, кровь кипит от злости и ненависти. Она всё знала! Реджина была в курсе, что есть шанс воскресить мою Мелани… Она сама толкнула ее к самоубийственному решению! Её счастье, что Светоча тут нет: иначе я бы придушил Хелмак. — Только ты понимаешь, кто этот колдун? Это же человек Моргана. Это самая сердцевина змеиного гнезда, и ты туда рвешься: воскресший, живой и с другим знаком.
— Ты меня не отговоришь.
— Я знаю. Уже давно не пытаюсь! Только умоляю: не тяни за собой остальных, когда пути другого не будет…
— Ты не веришь в мои силы?
— Рэй, я верю в тебя, в твою любовь, но я, черт возьми, слишком стара и пуглива! Я всегда буду отсиживаться в замке и защищать свое превыше остального! Так что, мы твою энергетику прикроем, но на большее не надейся.
