Многие стали задумываться, в чьих руках римский престол. Клавдий продолжал именоваться императором, от власти не отказывался, никто его от неё не отстранял. В то же время рядом с супругой императора появился новый супруг, и ещё неизвестно, куда это приведёт… На тот момент Гай Силий обладал заметным влиянием в армии и среди сенаторов, и неподчинение ему могло вылиться во что-нибудь неприятное.
В этой сложнейшей политической ситуации за дело взялись ближайшие советники императора – Каллист, Паллас и Нарцисс. В случае потери влияния на Клавдия, они теряли всё, даже могли лишиться жизней.
Советники решили, что нужно немедленно вызывать Клавдия с вод. Но кто первый скажет правду? Сделать это взялся Нарцисс, из всех помощников самый разумный. Набрался храбрости и, пока Клавдий пребывал в благодушном настроении, объявил:
– Знаешь ли ты, цезарь, что Мессалина развелась с тобой и вышла замуж за Гая Силия? И свадьба была, как положено, с гостями и пиршеством. Свидетелями у новобрачных оказались твои сенаторы, военачальники и жрецы храма Юпитера.
Нарцисс ожидал, что император не даст ему закончить речь, разгневается. Но в ответ услышал робкий вопрос:
– Ты можешь сказать, кто теперь император – я или Силий?
– Ты, цезарь! – вскричал поражённый советник. – Но если ты не поторопишься в Рим, новый муж Мессалины отберёт у тебя престол! Всё ведёт к этому! Мы, верные твои слуги, нижайше просим: немедленно возвращайся во дворец!
Император понял, что положение действительно нужно спасать. В сопровождении отряда в тысячу преторианцев отправился в Рим. По дороге ему сообщили, что Мессалина рассчитывает получить поддержку народа и с этой целью разыгрывает «спектакль»…
Приблизившись к Риму, император рассмотрел супругу в проёме раскрытых городских ворот; она обнимала маленьких детей Клавдия – Британника и Октавию, они прижимались к матери и плакали. Рядом стояла главная весталка, жрица богини семейного очага, слово которой чтили римляне всех возрастов и рангов. По замыслу Мессалины, образ страдающей матери детей Клавдия и безусловное влияние весталки должно было сыграть решающую роль в разрешении «семейного конфликта». Коварство бывшей супруги заключалось в том, что она рассчитывала приблизиться с детьми к Клавдию, обнять его, слабовольного и бесхарактерного, – и тогда всё разрешится в её пользу!
Словно читая её мысли, Нарцисс выступил вперёд с целью помешать мирному согласию. Ни плач детей, ни призывы главной вакханки, ни чары Мессалины не должны были повлиять на решение императора! Нарцисс, заслонив собой Клавдия «от чар коварной женщины», вслух произнёс весь список её преступлений перед Клавдием. Сообщил обо всех оргиях Мессалины, имена совращённых ею мужчин и оболганных римлян, закончивших жизнь по её вине! В завершение речи, которую слышали гвардейцы и командиры, Нарцисс призвал императора покарать преступницу.
Клавдий ответил не сразу. В лице ничто не изменилось, словно у равнодушного зрителя, которого не тронула игра главного актёра в трагическом спектакле. Император проехал на коне мимо рыдающей Мессалины и, уже оставив супругу с детьми позади, услышал её вопли, взывающие к милосердию:
– Милый, я твоя законная жена! Силий – не мой муж, меня оболгали! Посмотри на своих детей – как они хотят прижаться к отцу!
Нарцисс зорко следил за душевным состоянием императора. Чтобы не упустить момент, крикнул:
– Цезарь, пусть Мессалина пригласит тебя в дом Гая Силия!
Судя по изменившемуся лицу супруги, Клавдий понял, что ему нужно посетить это место.
Прибыв на место, император обнаружил в доме «мужа своей жены» драгоценности, мебель и посуду, украденные Мессалиной из дворца. Клавдий узнал своих рабов, которых дарил Мессалине, но они теперь служили Силию. Этого было достаточно, чтобы неподдельно возмутиться:
– Мерзкая женщина! Так вот как ты «сохраняешь» моё имущество! С этого момента ничего, кроме презрения и ненависти, я не чувствую к тебе!
По пути во дворец Клавдий несколько раз с тревогой спрашивал Нарцисса:
– Я все ещё император или уже нет?
Признав за Клавдием верховенство власти, администрация императора заработала в ускоренном режиме. За короткий срок помощники подготовили необходимые указы, по которым Мессалина и Гай Силий приговаривались к смерти. Заодно в списки осуждённых на казнь римлян попали все любовники бывшей супруги императора, по обвинению в государственной измене. Пятнадцать знатных вельмож приняли смерть в своих домах. Беднягу актёра Мнестера тоже не пощадили; зря кричал, что он выполнял волю императрицы.
Мессалина привычно попыталась избежать наказания. Смогла подкупить стражу и сбежала в имение богача Лукулла. До последнего мгновения, зная отходчивый характер Клавдия, женщина надеялась на помилование. С ней рядом находилась родная мать, она посоветовала написать письмо императору, которое с верным слугой отправила во дворец. Но дальше Нарцисса письмо не прошло.
Мать внушала дочери мысль о самоубийстве:
– Твоя жизнь кончена. Всё, что осталось – сделать её конец достойным.
