— Ещё мой брат хорошо дерётся на копьях и алебардах. Последние пять лет он делил свою жизнь на две части. Занятия ушу и управление постоялым двором и лавками. Отец выбрал его своим наследником, после того как определил для себя судьбу Ляо и мою. Должен сказать вам, мой господин, что в нашей великой стране одним из краеугольных камней жизни является уважение к старшим. Власть родителя безгранична, и неважно, император это или дровосек, он вызывает чувство благоговейного страха и безропотного подчинения в своей семье. Так вот, у Ляо, нашего среднего брата, характер был настолько своевольным, насколько это возможно в семье китайца. Его буйный нрав проявлялся время от времени, но это удавалось скрывать до того самого дня, пока ему не стукнуло двадцать лет и он не прошёл обряд получения мужской шляпы. После этого он почему-то стал думать, что может делать всё, что хочет. О нём до нас и раньше доходили разные слухи. Если Чжан хладнокровен в бою, то Ляо бесстрашен до безумия. В схватках с разбойниками он показал себя таким сильным бойцом, что у купцов до драки иной раз доходило, лишь бы заполучить его в охрану своего каравана. А всё получилось так. Как-то на один из караванов, где он был охранником, напали разбойники. После жёсткого отпора они пустились в бегство, а Ляо, полный безумной ярости, вместо того чтобы остаться на месте, кинулся с окровавленным мечом за ними. Его не было долго. Люди подумали, что он погиб, и караван уже собрался трогаться, когда из леса появился мой брат. У него на поясе, подвешенные за волосы, висели две отрубленных головы разбойников. За подобные выходки он получил кличку Безумный Ляо. Если налётчики узнавали о том, что в охране каравана едет Безумный Ляо, они даже не помышляли о том, чтобы напасть на него. В овладении ушу он старался ни в чём не отставать от старшего брата, но вот в оружии их предпочтения разделились. Алебарда, меч и лук стали его оружием. Ляо жесток, решителен, смел до безумия, и, в отличие от Чжана, для которого работа охранника это лишь способ заработать деньги и возможность изучить приёмы мастеров в других краях, его привлекали жёсткие и кровавые схватки. К тому же ему нравилось сидеть в компании пьяных задир и распутных женщин. Недаром у нас говорят: «Неумеренность духа вызывает несчастья — судьба не прощает, когда у неё не просят, а требуют». Он своим образом жизни часто бросал ей вызов, и, в конце концов, судьба не обошла его своим вниманием.
До отца, наконец, донеслись слухи о беспутных выходках его сына. Дважды отец разговаривал с ним, после чего Ляо на время утихал, но однажды случилось то, что должно было случиться. Мой брат поднял голос на отца, и тот, не сказав ему больше ни слова, молча указал на дверь. Несколько лет мы о Ляо ничего не слышали, пока однажды он не вернулся в форме офицера. Уйдя из дому, он завербовался в армию и благодаря отличной физической подготовке и своим личным качествам сумел стать офицером. Я хорошо помню его приезд. Нарядный, в сопровождении двух солдат, на великолепном коне, в красных высоких сапогах. Особенно красив был его мундир с вышитыми тигрятами.
— С вышитыми тигрятами?
— В Поднебесной различным чинам указом сына Неба присваиваются особые золотые вышивки на груди и на спине. На одеждах гражданских чиновников вышиты летящие птицы, являющие собой грацию, обходительность и такт, а на мундирах военных — звери, символизирующие бесстрашие и героизм. Тигрята на его мундире говорили о том, что он имел седьмой ранг. Самый низший ранг у военных девятый — морские коньки.
Своим приездом он хотел показать отцу, что тот был не прав по отношению к нему, что он без всякой поддержки, несмотря ни на что, сумел стать человеком, но отец не стал даже разговаривать с ним. Только передал через меня брату нашу старинную поговорку: «Из хорошего железа гвозди не делают, а дельный человек не пойдёт в солдаты». Не ожидая такого холодного приёма, Ляо обиделся и сказал, что больше ноги его не будет в родном доме. Он уехал, и мы опять о нём не слышали несколько лет. Потом до нас дошла история о том, как его оскорбил сын высокопоставленного чиновника, являвшийся «мастером клинка». Ляо вызвал его на поединок и убил своего обидчика. Так как всё произошло при свидетелях и все правила были соблюдены, он отделался разжалованием и ссылкой на дальнюю границу. Затем, это я уже знаю из его рассказов, он стал шпионом жизни.
— Кем он стал?
