«К дьяволу! Пусть делают что хотят!» — подумал он.
Опустив глаза, наёмник только поднёс ко рту кружку с вином, как вдруг его поддержал собрат по оружию по кличке Рыбий Глаз, названный так за свои мутные, ничего не выражающие глаза.
— Пусть не сейчас! Давайте возьмём эту крысу ночью! Прямо в гостинице! Мы же тоже там остановились. Вы что, все забыли об этом?
— Вам велено следить и ничего более! — отрезал «францисканец».
— Он верно говорит. Поговорим с дворянчиком в его комнате. А по пути, тем более во Франции, он может запросто от нас уйти. И что тогда? — поддержал предложение Рыбьего Глаза третий наёмник.
Он отличался от своих приятелей рыжей шевелюрой и такой же бородой. Он знал, что эти приметы могут когда-нибудь навести на его след стражников, поэтому никогда не оставлял в живых свидетелей своих грязных дел, за что получил кличку Палач. Это был плотный человек с широкой грудью и бычьей шеей, одетый в кожаную жёсткую куртку и бурые штаны из плотной шерсти. Его постоянно угрюмое лицо рассекал от виска до подбородка белёсый бугристый шрам.
— Точно! — снова оживился Рябой. — Палач дело говорит!
Главарь, некогда звавшийся шевалье де Морнэ, а теперь носивший кличку Лорд, пощипал бородку, затем некоторое время смотрел в окно на Фовершэма, стоявшего на причале, и, наконец, сказал:
— Уйти может. Согласен. Франция это не Англия. Там только ошибись, сразу нож в бок или стрелу схлопочешь, а то ещё хуже — на сук вздёрнут. Если мы его там потеряем, то тогда мы вообще ничего не узнаем, а так есть шанс. Решено. Но смотрите, шакалы, если провалите дело, лучше сразу перережьте себе глотки, не дожидаясь меня.
Лорд медленно и цепко обвёл глазами каждого из четырёх бандитов, но ни один из этих матёрых убийц не открыл рта, чтобы ответить ему дерзостью на угрозу.
— Лорд! — почти крикнул «францисканец». — Ты должен выполнять приказы! А если его убьют в схватке?! Или ещё хуже, испугавшись, он решит не ехать во Францию, а зароется в нору где-нибудь в Англии?! Имей в виду, если что-то пойдёт не так, ты будешь отвечать! Лично ты!
— Это им надо бояться, — Лорд криво усмехнулся и небрежно кивнул на наёмников, — а я на этом свете никого не боюсь! Уж тем более угроз! Я их столько раз слышал в своей жизни, что если каждую из них представить камнем, то у меня давно был бы замок, окружённый высокой стеной.
Неприятности у наёмных убийц начались после того, как они увидели у дверей моей комнаты стоявшего на посту Ляо. Низкорослый и узкоглазый азиат, по мнению Топора, был не более чем лёгкой помехой. Посовещавшись, бандиты решили, что хватит одного Рябого, отлично владеющего ножом, чтобы покончить с ним. Убийца, подойдя к китайцу, попытался вонзить ему нож в горло, но выверенный удар почему-то провалился в пустоту, зато нож самого китайца вошёл Рябому в живот по самую рукоять. Дикий вопль разорвал предутреннюю тишину гостиницы. Выскочивший из комнаты Топор, а за ним и двое других головорезов были в полной уверенности, что это кричит слуга, которого Рябой не смог бесшумно убрать. Они понимали, что дело наполовину провалено, но страх перед Лордом толкал их продолжить начатое. Наёмник выхватил из-за пояса топорик, с которым никогда не расставался и из-за которого получил кличку, и, не помня себя от бешенства, ринулся на китайца. К его несказанному удивлению, он каким-то образом промахнулся, а в следующий миг его живот обожгло словно огнём. Он даже ещё не понял, что ранен, как в следующий миг уже умирал, когда тот же нож располосовал его горло. Он хотел закричать, но из горла вырвался только жалкий хрип, и мёртвое тело тяжёлым мешком рухнуло на пол. Оставшиеся вдвоём наёмные убийцы словно заворожённые смотрели, как маленький и худосочный китаец завалил крепкого и широкоплечего Топора, а когда ещё разглядели лежащий на полу труп Рябого, жуткий страх чёрной пеленой затмил им разум, оставив лишь звериные инстинкты. Эти инстинкты пришпорили их, заставив бежать по лестнице вниз, к входной двери.
Когда сапоги наёмных убийц загрохотали по лестнице, распахнулась дверь комнатки Джеффри, и он вылетел оттуда с мечом в руке. В отличие от большинства гостей, которые проснулись, но не торопились покидать свои комнаты, телохранитель был человеком действия. Увидев Ляо, обыскивавшего трупы, и услышав топот ног убегающих наёмников, он понял, что его худшие подозрения оправдались. Взревев, как раненый бык, он кинулся за ними и в три прыжка преодолел лестницу.
