– Ну, спасибо за дополнительную информацию, – хмыкнула она. – Мне нужно, чтобы что-то происходило. Это не волшебство, знаешь ли. Скорее несварение.
– Оно указывает вам куда-то или нет?
Она мгновение раздумывала, постукивая пальцем по губам.
– Да. Туда.
Она повела меня к двери в зал, как раз когда Киггз вышел из другой. Я махнула ему рукой. Он кинулся прямо через зал к нам, распихивая и сбивая с ног танцоров. Дама Окра не стала ждать его, а нырнула в коридор, направляясь к восточному крылу. Я следовала за ней на расстоянии, пока Киггз не догнал нас.
– Куда мы идем? – спросил он, запыхавшись.
– Мы обнаружили местонахождение Глиссельды и королевы, – сказала я, боясь следующего вопроса.
– Где они?
– Святой Витт, откуда мне знать? – проворчала дама Окра, ускоряя шаги.
Киггз изумленно взглянул на меня:
– Что такое?
– У нее есть догадка. Я верю ей. Давай дадим ей шанс.
Киггз что-то скептично проворчал, но последовал за нами. Мы прибыли к двери в его звериную башню. Дама Окра потеребила ручку, но дверь была заперта.
– Куда она ведет и есть ли у вас ключ, принц? – спросила дама Окра.
– Они не там, – проворчал он, но поискал ключ.
– Как бы они туда попали? – спросила я, когда щелкнул замок.
– У Глиссельды есть ключ. Это не невозможно, но маловероятно… – Он резко остановился. С вершины винтовой лестницы эхом доносились глухие голоса. – Кости святых!
Дама Окра словно собиралась пойти прямо на лестницу, но Киггз остановил ее, напряженно уставившись вверх. Он приложил палец к губам и тихо двинулся вперед, положив ладонь на рукоять меча. Мы последовали за ним. Дверь наверху была слегка приоткрыта, позволяя свету и звуку плыть к нам. Мы услышали смех и три, нет, четыре разных голоса. Киггз показал нам жестом застыть.
– Этого хватит. Спасибо! – произнес голос, который, на мой взгляд, принадлежал королеве.
– Спасибо! – прочирикал другой, явно принадлежащий Глиссельде. – Разве нам не нужно подождать мою маму и кузена Люсиана?
Третий голос ответил что-то неразборчивое, а за ним последовал звон стекла о стекло, когда наполнили еще один кубок.
Киггз повернулся к нам и посчитал на пальцах: три, два, один…
Он распахнул дверь как раз тогда, когда королева, Глиссельда и леди Коронги произносили тост за Новый год с бокалом вина в руке. Джозеф, граф Апсига, стоял немного поодаль с бутылкой вина в руке.
– Ах, вот ты где, Люсиан! – прочирикала Глиссельда, остановившись лицом к двери.
– Не надо! – крикнул Киггз, бросаясь через всю комнату к бабушке, единственному человеку, поднесшему бокал к губам.
– Я подумала, что отсюда откроется красивый вид на рассвет, – продолжила его кузина, заметив его действия, но не сразу. Веселье покинуло ее лицо, когда Киггз выхватил бокал из ее руки. – Что происходит?
– Кто-то отравил твою мать. В вине что-то есть. Мы и этому не должны доверять. Думаю, оно из того же источника. Ваш бокал, пожалуйста, леди Коронги, – сказал Киггз. Женщина раздраженно передала ему бокал.
– Надеюсь, ты ошибаешься, – сказала королева, дрожа и опускаясь на стул. Она облокотилась о ближайший столик, заваленный книгами и картами. – Кажется, я сделала глоток до того, как ты ворвался через эту дверь.
– Нам нужно отвести вас к врачу, – сказала дама Окра. Она говорила с такой уверенностью в голосе, что никто не посмел возразить. Женщина помогла королеве встать на ноги и провела ее к лестнице.
– Доктор Фикус в покоях Ардмагара, – окликнул ее Киггз, – но доктор Джонз должен быть…
– Я знаю, куда мы идем! – прокричал сварливый голос уже на полпути вниз.
– Сельда, надеюсь, ты не выпила ни капли? – спросил Киггз, поворачиваясь к своей кузине.
Сельда облокотилась о книжную полку, словно у нее закружилась голова, но ответила:
– Нет, ты ворвался как раз вовремя. Но что насчет вас, леди Коронги?
Пожилая женщина быстро покачала головой. Какой бы яд ни был в напитке, он бы не сравнился с ядом в ее взгляде, брошенном на графа Апсигу.
Джозеф совсем побелел. Он передал бутылку Киггзу и поднял руки, словно сдаваясь.
– Пожалуйста, – сказал он. – Знаю, это выглядит подозрительно…
– Вижу, что вы не налили себе вина, граф Джозеф, – как бы между прочим заметил Киггз, поставив бутылку на рабочий стол. – Вы же не саар, не так ли?
– Я самсамиец! – зашипел Джозеф. – Мы не пьем дьявольское… – Он умолк и затем повернулся к леди Коронги, глядя на нее широко открытыми глазами. – Вы на это и рассчитывали. Какой ваш план, ведьма? Королева и принцесса пьют, вы притворяетесь, что пьете, вы все падаете, а когда я бегу за врачом, что? Вы тайно сбегаете? Оставляя меня отвечать за ваши преступления?
– Вы в чем-то обвиняете эту благородную леди, чудовище? – воскликнула Глиссельда, обнимая за плечи хрупкую женщину, словно пытаясь защитить ее. – Она была моим учителем почти всю мою жизнь!
Белки Джозефа светились. Он казался неуравновешенным. Его губы двигались, словно выполняли какой-то страшный подсчет в голове:
– Я ничем не могу вас убедить. Мое слово против ее.
– Вы отдали моей тете бутылку отравленного вина, – сказал Киггз. Его гнев превратился в лед.
