Стало невыносимо душно, на голые плечи упали первые капли дождя. Я следовала за бабушкой и дедушкой – до дома было рукой подать. Как только мы поднялись на веранду, дедушка резко схватил меня за лямку сарафана.
– Это с этим олухом ты была в машине ночью?! – свирепо вопросил он.
– С каким?..
– Не придуривайся. С пасынком Титова.
– Да, Олег довез меня до дома, так как было поздно…
– Герой-любовничек решил выставить меня на посмешище? Вы сговорились, да?
– Дедушка, клянусь, я не понимаю, о чем ты…
– Чтобы я не видел тебя с ним рядом, поняла?! Увижу – вернешься в Москву. В лучшем случае.
– Дедушка, – резко ответила я, вырвавшись из его хватки. – Мне уже шестнадцать. Я могу сама решать, с кем мне гулять, а с кем нет. Я возвращаюсь домой вовремя, помогаю по хозяйству, не вытворяю никаких…
– Ты сопля еще, чтобы мне перечить! Попробуй заявить об этом в восемнадцать, тогда и посмотрим. И то я сомневаюсь, что за два года у тебя мозгов поприбавится.
– Но Олег иногда просто гуляет вместе со Степой, Женей, Мишей…
– Значит, ты будешь возвращаться домой. Или выберешь другое место для своих прогулок. Это ясно?
– Не понимаю, почему именно
Я всеми силами сдерживала слезы, меня разъедало чувство несправедливости, и все же я продолжала в упор смотреть на деда, стараясь казаться сильной и твердой.
– Потому что такие, как он, Аглая, приносят неприятности. Ты слышала о его прошлом? Что ты вообще о нем знаешь?! У меня опыта больше, и я могу тебе сказать наверняка, этот щенок принесет тебе либо проблемы, либо ребенка.
– Дедушка, но ведь он же теперь сын Титова. Игорь Владимирович один из самых богатых…
– Вот именно. У богатых, милая, нет совести.
– Интересно, что же такого тебе сказал Олег, раз ты так ополчился, – съязвила я, тут же отскакивая в сторону, чтобы не получить затрещину.
– Еще одно слово, и ты не выйдешь из дома, – проворчал в ответ дед, забрызгав меня слюной. – А теперь марш за стол. И только попробуй пропустить мимо ушей то, о чем тебе сказано.
Сменив легкий сарафан на спортивные штаны и толстовку цвета спелой малины, я схватила телефон и поспешила на лобное место. Несмотря на перепалку с дедушкой, которая, к моему счастью, прошла без телесных истязаний, настроение у меня было отличное. Я не могла выбросить из головы жесты Алика, которыми он сообщил о времени… Что будет в четыре часа? Будет ли он меня ждать, или мне самой нужно догадаться о месте встречи? Вопреки своим же убеждениям и просьбам я сгорала от нетерпения перед встречей.
Всю дорогу к лесу я рассматривала фотографии в телефоне и поймала себя на одной важной мысли. Фотографии способны как вызывать, так и демонстрировать огромный спектр эмоций. Например, когда на экране всплыло совместное фото с мамой, в груди тягуче заныло, хотя на губах появилась нежная улыбка. Следующим было фото с девчонками. Нас сфотографировал Вова в мой день рождения, на Пасеке. От этого фото внутри разлилось тепло, и я импульсивно прижала экран к сердцу.
Фотографии могли вызвать слезы, рассмешить, напомнить о давно утраченном времени и скорби, заставить скучать по тому, кого ты с уверенностью отпустил. На некоторые кадры можно было смотреть часами, разглядывая каждый уголок, а другие хотелось скорее пролистнуть и больше никогда к ним не возвращаться. Снимки были способны заморозить время. Кажется, это внезапное озарение и помогло мне в дальнейшем найти себя.
– О, Гайка! Все в порядке?
Первым меня заметил Вова. Он встал с бревен и подошел ближе. На щеке у него красовался неглубокий порез, который напомнил о шраме Алика. Я вздрогнула, но, взяв себя в руки, натянуто улыбнулась.
– Да. Все отлично. Ты что же, профукал бой?
– Ты вообще‐то следила за сражениями?! – недовольно спросил он.
Я растерянно закусила губу. Следила я только за одним поединком. Вернее, за одним его участником. Это уже походило на наваждение.
– Он вырубил моего отца, но бате не привыкать к потере сознания, – хмыкнула Аня. – Садись к нам, погреешься.
Мы с Вовой присели на бревна. Ребята принесли с собой несколько пачек чипсов и банки энергетических напитков. Я с жадностью набросилась на запрещенные вкусности.
– Как раз тебе оставили. – Милена протянула мне энергетик.
На экране телефона высветилось время – три часа. Еще час до четырех. Под ребрами защекотало от волнения, и я поежилась, открывая напиток.
– С погодой что‐то неладное сегодня. Небо темнеет с каждым часом, – подметил Андрей.
– Наверное, будет гроза и ливень. Чего еще ждать? – раскинула руки Аня.
– Что‐то у вас у всех кислые мины. О чем грустите? – спросила я, улыбнувшись.
– О том, что лето почти закончилось, значит, скоро мы все вернемся на свои круги ада – кто в универ, кто в колледж, а кто в школу, – пропыхтел Андрей, хрустя чипсами.
– А я, наоборот, рад, – ухмыльнулся Вова. – Конечно, всегда больно с вами расставаться, но я так давно мечтал поступить…
