– Как и ты. У тебя ведь тоже были проблемы?
– Да. И я их решил.
В груди предательски бухнул невидимый шар.
– Что?
– Я поговорил с матерью. Знаешь, даже отбиваться от вооруженной толпы одному было не так страшно, как идти на этот разговор. Но я понял, что если затяну, то станет хуже. Сначала пошел к Кристине и предупредил ее о своем решении.
Алик вытянул руку, и я заметила на ней царапины и следы зубов.
– Да, скандал был знатный. Я‐то думал, чуднее тебя не встречу.
– Вот спасибо, пуп земли! – пробурчала я.
– Короче говоря, пришлось признаться маме, что все мои мысли забиты тобой.
Я была так ошарашена, что резко отклонилась назад, позабыв о том, что у качелей нет спинки. В следующий момент я увидела свои взметнувшиеся над головой ноги. Через секунду воздух расколол хриплый смех Алика, а еще через две он протянул мне руку.
Только вот подняться я не могла. Мне хотелось уползти и спрятаться в каких‐нибудь кустах до конца своих дней! До чего же было неловко!
– Вставай! Неужели крапиве крапива не страшна? – ухмыльнулся он.
Я медленно повернула голову. Ну конечно. Куда, кроме куста крапивы, я могла свалиться? Алик сильнее дернул меня за руку, и, только оказавшись на ногах, я ощутила жжение в шее.
– И чего ты так испугалась?
– Хватит обо мне, продолжай. Как мама разрешила этот вопрос?
– Она сказала, что верит мне и встанет на защиту, если эта «маленькая потаскушка» посмеет оклеветать меня, – гордо заявил Алик. – Веришь или нет, но я действительно надеялся, что у меня будут отличные взаимоотношения с младшей сестрой, когда узнал, что у Титова есть ребенок.
– Как жаль, что ваша семья уже не будет прежней. Может, с годами Кристина успокоится и все позабудется.
– А ты, Аглая?
– Что «я»? – Я удивленно захлопала ресницами.
Хотя мы и были окружены деревьями, сильнейший порыв ветра внезапно накрыл нас обоих, и мы рефлекторно схватились друг за друга, накидывая капюшоны.
– Вот черт… – вздохнул Алик. – Только взгляни…
Щурясь от летящего в глаза песка, я обернулась – с поля, пока еще вдали от нас, на деревню надвигался столб смерча.
– Твою мать… – прошептала я.
И словно Бог услышал мое сквернословие: небеса задрожали, и раскатистый гром оглушительно прогремел над нашими головами.
– Бежим! – дернул меня Алик.
– Куда?!
– Я знаю, где можно укрыться. Рядом с заброшенным коттеджем в начале левой стороны. Там был отдельный погреб, мы как‐то лазили туда с ребятами.
– Нет, мне нужно бежать к своим!
– Аглая! – Алик пытался перекричать гром и ветер. – Смерч через пять минут будет здесь! Его скорость – шестьдесят километров в час! Ты хочешь погибнуть по пути домой?!
– Нет…
– Тогда бери меня за руку, и бежим!
От страха подскочил адреналин. Да, смерч действительно приближался к нам с невиданной скоростью, и чем ближе он наступал, тем тяжелее было устоять на месте. Ко всему прочему, начался мощнейший ливень. Я нервно кивнула и коснулась руки Алика. Дождь бил его по лицу, но все же он нежно улыбнулся и только после этого крепче сжал мою руку и двинулся в сторону коттеджа.
Коттедж был построен в греческом стиле, с потрескавшимися колоннами, увитыми засохшим плющом. Входная дверь заколочена досками, но нам она и не была нужна. Когда мы добрались до входа в погреб, я чуть не закричала, увидев на нем замок, но Алик быстро меня успокоил.
– Мы уже сбивали его камнем, просто поставили на место для отвода глаз, – объяснил он, выдирая замок.
Ветер становился все сильнее, приходилось пригибаться, держась за деревья или что‐то устойчивое, чтобы не улететь в неведомую даль. Или хотя бы не погибнуть, потому что мимо пролетали шифер, доски, ветви, деревья скрипели корнями, отчаянно хватаясь за землю.
– Спускайся, скорее!
Я как можно быстрее постаралась спуститься по расшатанной лестнице. Оказавшись внизу, я огляделась. В погребе была непроглядная темень, и единственный источник света, исходящего с поверхности, исчез, как только Алик захлопнул крышку и ловко закрепил ее с помощью лома. Я на ощупь пробралась в угол, где успела заметить потрепанный матрас. Одежда промокла настолько, что можно было выжать целое ведро! Волосы слиплись, голова мерзла, и все же я почувствовала себя в безопасности.
Капли неистово били по крыше погреба, ветер дико завывал по щелям, казалось, даже земля содрогалась, но здесь, под землей, в этом тихом, полном пауков и прочих насекомых месте, было спокойно.
– Раздевайся, – нарушил тишину Алик.
– Чего?!
– Снимай мокрую одежду.
– Она все равно не высохнет.
– Зато не подхватишь воспаление легких! Моя куртка внутри почти сухая, накинешь ее на себя.
– Ты заделался моим стилистом?
– Кажется, я уже упоминал, что мои вещи на тебе смотрятся гораздо лучше?
Видно ли было мою довольную улыбку в темноте, я не знала, и все же в том, чтобы снять одежду, был смысл. Если я лягу в ней на единственный матрас, он совсем промокнет.
– Отвернись.
– Я и так ничего не вижу!
– Не отвернешься, я выгоню тебя на улицу!
– Крапива неблагодарная! Черт с тобой. Все, я отвернулся и закрыл глаза.
