– Вы, значит, с Красильниковым все это время не виделись? – вдруг спросил он.
– Нет, – резко ответила я. – А ты встретил кого‐нибудь?
Прогремел гром, мы с Женей одновременно вздрогнули. Со стороны деревни послышалось мычание коров.
– Встречал я многих, но все не то.
Женины глаза, и без того черные, казались сейчас сатанинскими. Его пальцы крепче сомкнулись на моей ноге.
– Жень…
– Аглая… – Женя мерзко ухмыльнулся, изо рта у него резко пахло перегаром. – Что с тобой?
– Убери, пожалуйста, руки.
– А то что?
Вторая ладонь Черного с хлопком приземлилась на мое бедро. Я перехватила его руки в попытке отодрать от себя.
– Ну что же ты, малышка, наша милая Гайка? Чего ты испугалась?
Женя резко прильнул к моим губам. Я была в таком шоке от происходящего, что не успела среагировать быстро. Его тонкие губы накрыли мои, язык норовил ворваться мне в рот, но я все‐таки оттолкнула его.
– Ты что делаешь, черт тебя дери, Черный?! Я ухожу!
Одновременно с тем, как я дернула ручку двери, Черный ее заблокировал.
– Чего так ломаться, Эссенцева? У меня есть то, что тебе понравится. Скакалки. Или ремень? Что предпочитал твой дед?
В ужасе я распахнула рот, не веря своим ушам. Нет, он не мог такого сказать. Наверное, я еще сплю, нужно только ущипнуть себя, чтобы поскорее избавиться от этого кошмара. Не сработало. Черный снова навалился на меня, пошевелил рукой где‐то под креслом, и оно рухнуло вниз, приняв горизонтальное положение. Взяв себя в руки, я с остервенением двинула ему в пах.
– Ай, сука!
Я быстро перекатилась и нажала на разблокировку дверей, а затем, нервно возясь, попыталась выползти и вытащить ноги из‐под озверевшего Черного. Но как только мои пальцы коснулись дверной ручки, Женя схватил меня за волосы, да потянул так, что в глазах потемнело.
– Я что, не прав? – глумился Черный. – Думаешь, мы не видели синяков? Или следов от скакалки? И тебе ведь нравилось, Гайка, да, раз ты молча все терпела?
Не сдаваясь, я начала пинаться в надежде задеть его и, услышав недовольный рев, открыла‐таки дверь и вывалилась из машины в грязную лужу.
– Ублюдок! – выплюнула я, развернувшись. – Больной ублюдок!
Развернулась и побежала навстречу ливню и молниям, из‐за слез не разбирая дороги. Весь ужас, что скопился в груди и застрял в горле от слов Черного, требовал освобождения. Я не знала, куда себя деть, а еще лучше спрятать и не видеть никого, никого из этой чертовой деревни! Неужели пересуды дошли до такого абсурда?! Или это бурная фантазия извращенца Черного?! Внезапно что‐то хлестнуло меня по заднице, да так сильно, что я споткнулась и упала. Руки тут же увязли в мокрой почве.
– Ну как, соскучилась по ремню? По-моему, ты была плохой девочкой. Зачем же сразу драться? – Женя постукивал ремнем по ладони, глядя на меня и осторожно шагая по траве.
– В жизни бы не подумала, что ты на такое способен. Пожалуйста, не трогай меня. Я ничего не скажу ребятам, просто отпусти и не приближайся ко мне больше.
– Как это «отпусти»? Я ведь еще не получил то, что хотел.
– Помогите!!! Спасите!!! Аня, Вова, Алик, СПАСИТЕ!!! – закричала я во всю глотку, пока Женя не дал мне кулаком в нос.
В глазах поплыли искры, я закашлялась, нос изнывал от боли. Нужно было бороться!
– ПОМОГИТЕ!!!
– Да заткнись ты! – снова хлестнул меня по лицу Женя.
Я брыкалась, колотила его, но он, словно робот, ничего не ощущал и не реагировал. Потом схватил меня за руки и прижал их к земле. Он был похож на разъяренного бульдога, злобно сжимал зубы, в уголках рта пенилась слюна.
– Если перестанешь дергаться, все пройдет быстро.
Он попытался расстегнуть комбинезон, чтобы стянуть его с меня, но, к счастью, молнию заело, а я пиналась, стараясь сбросить этого ублюдка, за что получила еще одну оплеуху, чуть не лишившись сознания.
– Интересно, Алик уже был
– Он убьет тебя, – едко ответила я, не прекращая попыток вырваться.
Черный лишь расхохотался в ответ. Ливень утих, мягко накрапывал дождь, я несколько раз моргнула, чтобы избавиться от пелены слез. Женя таки разодрал мой комбинезон и попытался затянуть мне руки ремнем, но я замахнулась и лбом ударила его в нос. Это дало мне фору в несколько секунд. Я перекатилась на бок и встала со второй попытки. Черный схватил меня за локоть, но я вырвалась и побежала. Бежала так, как никогда. Легкие горели, но я продолжала бежать и звать на помощь.
Из-за опустившихся сумерек я немного сбилась с пути, пытаясь понять, в какую сторону нужно двигаться, чтобы быстрее добраться до ребят. Я превратилась в сплошной комок нервов. Заслышав приближающиеся шаги Черного, я повернула направо и заметила впереди какое‐то движение – сложно было разобрать замутненным взглядом.
– Аглая?! – Этот голос я бы узнала из тысячи.
– Господи! Гайка! – А это Анька кричала.
