– Ты совсем с ума сошёл? – шиплю я, стараясь скрыть растерянность за напускной строгостью. – Они же прямо за… Эй! Куда ты меня тащишь?
Курт, не обращая внимания на мои возмущённые протесты, заталкивает меня в соседнюю фотобудку. Едва мы оказываемся внутри, как яркие вспышки ослепляют глаза.
– Что ты творишь?.. – растерянно выдыхаю я.
– Улыбайся! – весело командует он, обнимая меня за плечи.
– Курт…
– Давай скорее! У нас мало времени!
Я никогда прежде не видела его таким: лёгким, мальчишески непосредственным и абсолютно безрассудным. Он прижимается ко мне боком, высовывает язык, корчит смешные гримасы и заразительно смеётся. В последний момент перед очередной вспышкой он внезапно поворачивается ко мне и целует в губы. Я вздрагиваю от неожиданности и тут же забываю обо всём на свете.
Время замедляется. В голове проносится мысль о том, какая катастрофа нас ждёт, если Элли и Картер выйдут прямо сейчас и обнаружат нашу безумную выходку. Но я даже не пытаюсь отстраниться. Вместо этого я растворяюсь в сладком безумии момента, сплетаясь языком с Максвеллом и отвечая ему смелым движением губ.
Наш поцелуй длится всего несколько секунд, но перед глазами успевает промелькнуть вся его предыстория: от первого взгляда до сегодняшнего дня. Могла ли я представить тогда, что тот самый красавчик-врач из спортивного комплекса будет так рисковать ради одного украденного мгновения со мной?
Мы вылетаем из кабинки буквально за несколько секунд до того, как шторка соседней будки отодвигается в сторону. Курт молниеносно вырывает фотоленту из аппарата, отрывает две последние фотографии с нашим поцелуем и поспешно прячет их в задний карман джинсов.
– Вы теперь что, друзья? – подозрительно хмурит брови Картер, заметив нас возле соседней кабинки.
– Он просто невыносим! – фыркаю я, выхватывая оставшиеся снимки из рук Максвелла. – Вырежу твоё лицо и наклею на куклу Вуду!
Обиженно отворачиваюсь и демонстративно шагаю вперёд по направлению к ресторанчику с заветными эклерами. За моей спиной слышится басовитый смех Картера:
– Курт, ты чем её так довёл? Надеюсь, не назвал малолеткой? Обычно после такого прозвища она готова убивать.
– Ох… Кажется, я назвал её так раз сто за последние полчаса! – смеётся Курт, безупречно отыгрывая роль надоедливого старшего брата.
Я ускоряю шаг и закусываю щёку изнутри, чтобы не дай Бог губы не расплылись в предательской улыбке. Сердце стучит в груди так громко и отчётливо, что кажется – его слышат все вокруг. Внутри меня расцветают розовые грёзы, смешанные с тревожным предчувствием неизбежных перемен. Но сейчас мне совсем не хочется думать о будущем, хочется лишь сохранить тепло этого дерзкого поцелуя и тихо надеяться на то, что однажды он перестанет быть тайной.
Курт.
Не верю, что это происходит со мной наяву. Я стою в ещё не до конца отделанном здании, где через несколько месяцев откроется моя собственная клиника реабилитации и лечения спортсменов. Мы уже миновали самый грязный этап работ, и к концу месяца ожидаем первую мебель и поставку современного оборудования. Глядя на эти стены, я не верю своим глазам, как такое вообще возможно? В груди сладко ноет предвкушение, смешанное с лёгкой тревогой перед неизвестностью.
– Максвелл, пора набирать персонал! – Оливер хлопает меня по плечу и с улыбкой зависает рядом, разглядывая открывающийся из панорамного окна вид на город.
– Не рано ли? – сомневаюсь я, пытаясь представить себе всю эту картину вживую.
– Я тебе как обладатель трёх бизнесов говорю: чем раньше начнём сращивать команду, тем лучше. Люди – это самое сложное и самое ценное в бизнесе.
Я киваю и начинаю снова изучать дизайн-проект, мысленно расставляя мебель и оборудование по пустым помещениям.
– Кстати, как свадьба прошла? Подцепил какую-нибудь знойную цыпочку? – Оливер усмехается, рассматривая образец напольного покрытия.
– Нет, там все были заняты, – отвечаю я нейтрально.
– Поэтому сразу после торжества поехал домой отсыпаться.
– Ничего особенного…
– Свадьба как свадьба.
Оливер разочарованно вздыхает и похлопывает меня по плечу:
– Ох, я уже думал услышать что-то интересное…
Он выходит ответить на телефонный звонок, а я остаюсь один на один со своими мыслями. Раньше бы рассказал, но сейчас это только мое приключение, я запомню его, сохраню, как сувенир, и буду доставать в тяжелые времена или, когда состарюсь и больше не смогу трахнуть Сену в таком тесном помещении в до ужаса неудобно позе. Сеной… Я даже не допускаю мысли о ком-то другим.
***
