Конечно, мы еще ничего не знали. Это только малая часть огромного пласта тайн, который придется разворошить. Но узнать больше деталей мы все равно сможем только, когда я вернусь в участок. Мне не хотелось вмешивать в это кого-то из управления, не хотелось повторять ошибки и доверять не тем людям. И я не мог утаивать от Луизы правду. Это ее расследование. Не мое.
Девушка, словно почувствовав взгляд, пошевелилась, открыла глаза, уставившись на меня в ответ.
– Ты не спишь? – тихо спросила она. Я затянулся, выпустив серый дым в потолок, и отрицательно качнул головой.
– Еще нет даже двенадцати.
– Что-то случилось? – Лу приподнялась на локте, взволнованно разглядывая мое лицо, и было что-то родное, теплое в этом взгляде, в растрепанных кудрях, в съехавшей с плеча бретельке, как в пледе, укрывающем в стужу.
– Все в относительном порядке.
– Ну, это лучше, чем полная задница, – буркнула Лу, бессильно свалившись обратно.
– Готов поспорить, тебе бы больше понравилась полная задница, – хмыкнул я. Луиза нахмурилась, подложив руку под голову, снова перевернулась на бок.
– Хорхе узнал кое-что. – Я снова затянулся, затушил сигарету в пепельнице и взял еще одну. Если бы мы вчера не опустошили мини-бар, то я бы подлил и виски. Не себе. Луизе.
Я выдохнул, а затем заговорил. Медленно, спокойно и совсем без эмоций. Ей бы не понравилось, если бы я сказал все, что думал об ее отце. И о том, что думал о ней. Просто сыпал фактами, рассказал о чеке, о какой-то старушке, которую где-то откопал Хорхе, и, как я надеялся, главное, не на кладбище.
Луиза молча слушала, не перебивала, ничего не говорила, изредка хмурилась, закусывала губу и отводила взгляд в окно. Наверняка посмотреть на башню.
Одна из ее мечт, которая сейчас покрывалась вуалью тайн прошлого, мраком и разочарованием в тех, кто когда-то был сродни спасательному кругу.
Я докурил и снова взял сигарету. И, кажется, на это Луиза нахмурилась сильнее, чем на все, что я ей сказал, но она так и не проронила ни слова.
Когда я закончил говорить, она откинулась на спину, уставившись в потолок. Мне даже стало казаться, что она так и останется лежать.
– Теперь хотя бы понятно, почему отец так легко решил похитить меня, – неожиданно заговорила Лу, все еще смотря куда-то в пространство. Я кивнул, не ей, больше самому себе. – Если они с Дэни были знакомы и раньше, то варианта с запиской тогда оставалось два: либо семья Санчес, либо Дэни. Но Лукас хотел добиться нашей помолвки, поэтому Санчесов отец отмел. Остался только один человек, – она рассуждала вслух, и в принципе, в ее словах была правда. Фелипе – отца Лу – никогда не считали глупцом. Может быть, заносчивым, властолюбивым и агрессивным, но никак не глупым. Хотя нельзя отметать факта, что он действовал на эмоциях. Правда, сейчас это не имело значения. Фелипе мертв. Как и Дэни.
Теперь пришла моя очередь молчать. Хотя Лукас Санчес – последний, о ком я хотел думать, находясь в Париже с девушкой.
– То есть убийцей Дэни может быть Карлос Санчес? – спросила Лу, подняв голову. Я пожал плечами, скорее всего, так и есть. Но, признаться честно, мне было все равно, кто подарил Дэни легкую смерть. – Ты подозреваешь меня? – неожиданно выдала Луиза, взглянув на меня. Я нахмурился. Разве мог? Следовало бы, но почему-то не находил в себе подозрений и вопросов. – Я ведь могла обо всем знать. Знать о подругах Марии, о том, что отец водился с Дэни, да и мы все знали, что когда-то он работал с Санчесом, – ядовито выплескивала девушка, словно пыталась опередить мои обвинения, проверить.
Лу замолчала, я затушил сигарету в пепельнице, поднялся из кресла в углу и подошел к ней.
В ночной темноте, в которой зелено-желтые глаза почему-то казались ярче, она выглядела еще красивее, таинственнее и загадочнее. Так, будто легко могла задушить меня подушкой, если бы я действительно в чем-то ее обвинил. И я бы не удивился, если бы так и вышло.
Я нежно коснулся бронзовой кожи на щеке, провел пальцами. Луиза не отрывала взгляда от моего лица, и я посмотрел в ответ. Глаза в глаза, в которых плескались невысказанные вопросы, мысли, действия, которые нужно совершить. Которые
– Ты единственный человек, которому я верю.
– И не попросишь доказательств? – Язвительная усмешка растеклась по ее пухлым губам.
– Нарываешься на признания? – Я прочертил взглядом линию от скул к губам, по-свойски рассматривая Луизу. – Ты единственный человек, которому я верю без доказательств, Лу, – все же произнес я, опускаясь перед ней на пол.
– А как же Хорхе?
– Он не человек. Он мой брат, – тихо рассмеялся я. – Хочешь, чтобы я поклялся на крови?
– Я бы никогда этого не попросила, – проговорила она, отведя взгляд в сторону. Конечно, об этом мало кто попросил бы. Но для нее я был готов сделать и это.
– Правда в том, птичка, что мне бы хотелось, чтобы в этом мире, погрязшем в боли и демонах, мы были друг для друга теми, кто просто рядом, потому что это наш собственный выбор.
