Черная бухгалтерия Карлоса Санчеса лежала аккуратной стопкой на соседнем сиденье, но даже это не уменьшало желания исчезнуть. Аарон уже две недели копался в счетах и истории «Утренней Зари», а мне приходилось лицезреть самодовольную усмешку придурка Лукаса так часто, что стало казаться, что он прописался в наших ресторанах.
Он так и не назвал причину, из-за которой хотел убрать собственного отца. Мы не доверяли документации и наводкам, что он давал, приходилось проверять все несколько раз, объяснять, каким образом к нам попали эти бумаги, потому что в ходе следствия могли возникнуть ненужные вопросы, из-за которых Карлос смог бы избежать наказания.
Признаться, я даже не знал, что волновало меня сильнее: собственные вопросы о семье, расследование или Анабель. И я не знал, что чувствовал. Или, вернее, не знал,
Я боялся. Откровенно боялся, что ситуация могла повториться, что кто-то еще мог использовать Ану как рычаг давления на меня. Я не мог подвергать ни ее, ни Генри… ни даже себя такому риску. Привязанности делали уязвимым, а у меня и так их слишком много. Даже два близких человека для такого как я – роскошь. И если красотка и Аарон могли себя защитить, то Анабель и Генри – нет. Их нужно оберегать.
Я не находил ответы на свои вопросы с того самого момента, как мой мозг снова стал адекватно соображать. И сейчас я тоже не собирался ковыряться в себе, выбросил сигарету, завел машину и двинулся в сторону участка.
Может быть, если проблему избегать, то она исчезнет.
Сигарета снова оказалась у меня в руках, когда машина остановилась около дверей участка. Иногда я думал, каким образом жизнь завела меня сюда – в неприметный городок, в полицейский участок, в котором я иногда подрабатывал консультантом по делам, которые вел Аарон. В участок, в котором должно храниться дело о моих преступлениях. Но его не было. Перед законом я абсолютно чист, словно новорожденный ребенок. И от этого каждый раз хотелось смеяться. Уж кто-кто, а я точно не чист перед законом. Да и, чего греха таить, даже перед Богом.
Я вышел из машины, подхватив документы от Лукаса. Их придется проверить несколько раз: банковские выписки, которыми займется знакомый хакер, а потом Луиза поищет несостыковки в бухгалтерии и, может быть, что-нибудь найдет.
Столько заморочек из-за одного старого придурка, который не может спокойно жить.
Я вошел в участок, не обращая внимания на случайных полицейских, снующих туда-сюда, будто им нечем заняться. Никогда не любил задерживаться в приемной дольше положенного. Тут все знали, кто я такой. И знали, к какому миру принадлежит Ар. Но я никогда не интересовался их мнением. Да и вряд ли услышал бы что-то новое.
Аарон, как и всегда, находился в своем душном, прокуренном кабинете. Кажется, на работе он доставал сигареты гораздо больше, чем дома.
– С этим мы точно закроем Карлоса надолго, – проговорил я, бросив папку с бумагами на стол. Аарон вопросительно вскинул брови.
– Если это не подстава от Лукаса. – Он устало провел ладонью по лицу, поправил волосы. Нападения Карлоса Санчеса на нашу территорию стали чаще, и Аарона это не то чтобы расстраивало. Скорее, раздражало до такой степени, что он почти не вылезал из участка все две недели, что я провалялся в кровати, пытаясь собрать кости в кучу.
Я по-свойски сел в кресло напротив и закурил. Аарон последовал моему примеру, расслабленно откинувшись назад, затем потянулся за кружкой на столе, поднес ее к лицу и поморщился.
– Занялся биологией? – насмешливо спросил я. – Новое хобби – разводить плесень?
– Кофе просто остыл.
– А лицо было такое, будто тебя заставили отхлебнуть из сточной канавы.
– Холодный кофе и есть канава, Хорхе, – слишком серьезно проговорил Аарон, вернув кружку на место. – Сначала остывший кофе, потом завтрак, а затем и вовсе – жизнь.
– На твоем месте я бы все-таки попробовался в священники.
– Почему ты так яро пытаешься запихнуть меня в церковь?!
– Просто я уже представил тебя в рясе.
– О боже, – тихо рассмеялся Аарон.
– Не одному же мне видеть этот образ перед глазами, – повел плечами я, затянулся, выжимая из бедной сигареты все, что она могла дать.
Был один вопрос, который волновал меня сильнее остальных. Незначительный, почти незаметный и неважный, но почему-то хотелось найти на него ответ.
– Ты приплетешь к делу и организацию? – внезапно спросил я. Ар понимающе кивнул.
– Если хочешь, я уберу фамилию Муньос отовсюду.
Я отрицательно качнул головой:
– А красотке предложил?
– Она скоро сменит фамилию уже официально, – как бы невзначай проговорил Аарон, я едва не закашлялся.
– Когда успел?
– В Париже.
– То есть, пока я лежал еле живой, вы так хорошо развлекались, что решили пожениться?
– Нет, она хотела, чтобы я устроил ей допрос про Фелипе и секту, – усмехнулся парень, устремив на меня взгляд. – Знакомым не находишь? И почему вокруг меня все хотят быть в чем-то виноватыми?
– Хотят исповедаться.
