Сердце Тайфуна полностью

Это чертовски неправильно. За дверью находились Хорхе и возможный убийца, которого мы искали, а мы стояли посреди коридора, кажется, вконец потерявшие здравый смысл, соединяли губы в жадном, страстном поцелуе, переплетали языки, гуляли ладонями по телу, и нам было абсолютно плевать, что кто-то мог пройти мимо.

– Ты самый настоящий демон, Лу, – прошептал я, – и ты сводишь меня с ума.

– Я же говорила, не смей называть меня Лу, – усмехнулась девушка, ловким движением скользнув под резинку моих брюк. – Я ведь не называю тебя Ар, – прошептала она, когда пальцы коснулись возбуждения, заставляя на несколько секунд прикрыть глаза.

– Так меня называют только те, кому я доверяю. – Всего шаг – и она оказалась прижата к стене, а власть над ситуацией вернулась ко мне. Луиза запрокинула голову, закусила губу, вглядываясь своими невыносимыми глазами в мои. Я наклонился, остановившись в нескольких миллиметрах от ее губ. – Если тебе нравится, ты можешь меня так звать. – Она вздрогнула, в удивлении подняла брови и сама сократила расстояние, переплетая наши губы в еще одном поцелуе. Более пошлом, развязном, словно мы выжигали клеймо друг на друге. И Луиза, и я знали, что значило доверие в мафиозном мире. Я буквально вручил ей ключ от самого спокойного и спрятанного от всех места.

И ни одной причины, чтобы останавливаться, не осталось. Это кричало громче, чем любые слова и признания.

Я шагнул к одной из дверей, потянув за собой Луизу, и затащил нас в одну из небольших комнат.

Все картинки, которые рисовало воображение, теперь стали реальностью: футболка на девушке задралась, моя ладонь поглаживала нежную кожу на груди, ягодицы прижались ко мне, возбуждая еще сильнее.

Она точно сводила с ума, иначе я не мог описать эту странную одержимость и ниоткуда взявшееся желание. Буквально ниоткуда. Посреди допроса.

– Ты знаешь, что великолепна с ножом в руке? – Бронзовую кожу опалило горячее дыхание, вызвав тонну мурашек. Луиза выдохнула, но выдох больше походил на стон.

Моя ладонь скользнула на ее тонкую шею, пальцы поднялись выше, касаясь мягких губ.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Вторая рука опустилась на бедро, нежно погладила сквозь ткань спортивных брюк. Моих брюк на ней. Затем метнулась к шнуркам, развязывая бантик. Мне даже ничего не пришлось делать, они просто соскользнули вниз, оставляя девушку почти обнаженной. Или без «почти»? Я едва не застонал.

– Только не говори, что ты все это время была без белья вообще, – проговорил я, коснувшись пальцами нежной кожи. Луиза уперла ладони в стену, обернулась через плечо. По губам пробежалась ехидная усмешка, словно сейчас она снова включила ту свою сторону.

– Надеюсь, тебе понравилось, – ухмыльнулась девушка, вильнув бедрами.

Не то слово.

Я спустил брюки. Легкий шлепок прилетел на ягодицу Луизы, вырвав из нее тихое шипение. Я плавно толкнулся внутрь, прикрыв глаза от удовольствия.

Вся Луиза Перес была сплошным наслаждением. Сложным, невыносимым, убийственным и опасным. Но она стоила того. Всех денег, жизней и событий в мире. Я уже говорил, что она не стоила того, чтобы бегать, она стоила того, чтобы убивать. И сейчас, когда девушка подавалась навстречу, запрокидывала голову, рассыпая волосы по плечам и спине, в которые так и хотелось запустить пальцы, когда тихо стонала, все эти мысли походили на самую настоящую одержимость.

Я жалел, что сейчас мы были не в полном одиночестве, не одни, – хотелось слышать, как она, не скрываясь, стонет от удовольствия, чувствовать, как цепляется за мои плечи, прося большего, видеть, как закатываются ее глаза, покрывать грудь поцелуями и прочерчивать влажные дорожки языком.

Но в этом быстром, невыносимо развратном и пошлом сексе крылось столько наслаждения, что оно буквально ощущалось на кончиках пальцев, которые бегали по телу Луизы, сжимали кожу, задавали ритм, который с каждым толчком становился резче, глубже, сильнее, как попытка насытиться, снизить накал. Только желание усиливалось, доводя до исступления, а потом роняя с высоты, мешая все в один короткий миг.

Лу, не сдерживаясь, застонала, обхватив губами мои пальцы, все еще лежащие на ее шее и лице. Это подействовало как спусковой крючок.

Что она еще могла делать этими губами?

Я бы хотел найти ответ на этот вопрос и одновременно с этим знал, что точно сойду с ума. И воображение уже работало, но оно не могло пересилить реальность, в которой девушка слегка вздрогнула, вжалась бедрами в меня еще сильнее, доводя до края.

Еще несколько секунд мы стояли все в той же позе, дыхание прерывалось, по телу пробегала слабость. Хотелось поджать под себя Лу и уснуть, но вместо этого мы целомудренно отстранились друг от друга и поправили одежду.

– С тобой опасно ходить по подвалам, – усмехнулась Луиза, направившись к двери. Я схватил ее за запястье, разворачивая, обхватил ладонями щеки, срывая еще один поцелуй.

– Со мной тебе безопасно, обещаю. – И это обещание я намеревался сдержать, чего бы мне это ни стоило.