В общих чертах расставили приоритеты: в основном города, в которых мы никогда еще не были и которые интересуют нас всех, при условии, что там имеются кемпинги. Таких оказалось немало. В общем, если посмотреть на карту именно под таким ракурсом, то Соединенные Штаты словно созданы для путешествия в кемпере. Тем не менее я настаиваю на том, чтобы самым решительным образом сократить бесконечный список достопримечательностей, составленный бабушкой и Джойс на пару. Ни одна из них особо не протестует (или лучше сказать, обе молча соглашаются), что заставляет меня задуматься, не обвели ли они нас вокруг пальца при помощи типичной тактики: сначала напугать целой лавиной всего, а потом создать впечатление, что у нас есть право выбора.
Вдобавок ко всему они берут на себя обязательство предоставить мне пространство и время для ежедневных тренировок.
– Я обещала это твоему тренеру, – говорит бабушка, закатывая глаза. – Какой мужчина, правда!
Когда все прояснилось, мне стало намного спокойнее. Контроль и порядок вселяют в меня уверенность. Теперь я смотрю на эту карту почти как на грифельную доску с тактическими схемами тренера Тима. Мне понятны все условные значки на поле, и во всем этом я вижу свое место, свою позицию.
– Вот что я называю хорошо организованным путешествием, – заявляет бабушка. – Извини, Джоджо, но одни мы с тобой заехали бы в Чиуауа[11], сами того не заметив.
Джойс смеется.
– Твоя правда. Эшер – наш спаситель. А помнишь, Ати, что он так здорово сделал, едва приехав в Санта-Хасинту?
Бабушка гордо выпячивает грудь. О нет! Сейчас начнется. Исторический анекдот о том, как я разработал расписание, чтобы согласовать распорядок дня с бабушкой, когда переехал к ней. Я включил туда самые обычные вещи: завтрак, обед, ужин, разные занятия, собрания и встречи, работу по дому. Однако на этом я не остановился и стал настаивать на том, что нам следует расписать, когда именно каждый из нас принимает душ, кто наводит порядок в холодильнике (раскладывая все продукты по их типу и, естественно, сроку годности), а также те промежутки времени, когда мы имеем право «бить баклуши». Прямо так и написал.
Джойс внимает так завороженно, как будто слышит эту историю первый раз в жизни. Краем глаза слежу за Лювией: она улыбается, поедая очередную порцию мороженого – второй заказ. Интересно, куда только идут все эти калории: она же, насколько мне известно, ни черта не делает, разве что лазит вверх и вниз по лестницам и цветочные горшки с места на место передвигает.
– Этому его научил мой Бенджамин, – говорит бабушка. – Парень вывел организацию на совершенно новый уровень. А когда пошел в школу, ему диагностировали ОКР[12].
– У твоего отца был ОКР? – Лювия поднимает брови. – Это многое объясняет.
Джойс снова подпрыгивает на месте.
– Ой, чуть не забыла! Распределение ролей!
Снова порывшись в сумке, она вынимает оттуда четыре деревянные палочки, узенькие и плоские. Потом закрашивает конец каждой в цвета, использованные нами на карте: оранжевый, зеленый, красный и синий. После чего зажимает разноцветные концы в кулаке.
– Сейчас я их перетасую, и мы будем тянуть жребий, чтобы решить, кто за что отвечает, согласны? Хотя нам, разумеется, понадобится кто-то незаинтересованный… Кто бы это мог быть?.. Ой, конечно! Лори, дорогая! Можешь к нам подойти на минуточку?
Лори почти на крыльях летит к нашему столику, готовая помочь в чем угодно. Глаза ее все время косят на карту, и мне совершенно ясно, что ей не составит особого труда сложить два плюс два и догадаться, что здесь происходит. Особенно когда бабушка объявляет:
– Прежде всего нам нужно выбрать ответственного за уборку. Тяни, детка!
Лори сосредоточенно глядит на кулак моей бабушки, где прячутся раскрашенные концы палочек. Надо же, похоже, что она относится к своей роли просто суперсерьезно… возможно, потому что бабушки и сами придают этой ситуации того еще веса своими торжественными лицами. В конце концов, не буду скрывать, мне тоже интересно. Совсем не в кайф провести следующие шесть недель за уборкой под маниакальным взглядом коршуна Эшера. У него абсолютно превратное представление о микробах. Достаточно сказать, что он верит, будто эти существа, наделенные волей и сознанием, гнездятся на поверхности всех на свете вещей и только и ждут момента, чтобы заразить человека.
Первая палочка – оранжевая. Моя бабушка хлопает в ладоши.
– Ой! Я – первая. Здорово! Торжественно обещаю содержать наш дом на колесах в безупречном виде.
Как оказалось, от уборки мне не удалось отвертеться так легко, как я надеялась. Бабушка относится к этому делу не слишком добросовестно: ей достаточно создать видимость чистоты, а я, естественно, обеими руками за то, чтобы она не перенапрягалась.