— За последнее время я успел познакомиться с ней, высокородные риоры, и доложу я вам, эта дама полна сарказма и ядовитого ехидства. Но в Архон судьбу! — он тряхнул волосами и распрямился, выпустив плечо Дин-Вара из захвата. — Вы желали доказательств моей правоты. Так вот, у меня их нет, но! У меня есть хотя бы подтверждение того, что названные мною люди существуют, и они именно те, кем я их назвал. Стин — бывший телохранитель и слуга Ирэйн. Я могу указать, где находится его дома, в котором я провел всё последнее время. Есть лавка кружевника в Борграде, куда Стин относил записки Ирэйн. Есть, в конце концов, нянька, которая сможет подтвердить, что бегала к бывшему телохранителю, чтобы передать через него послания. А еще есть Дин-Тьер и его люди, участвовавшие в нападении. Вы вольны верить мне или нет, но, не проверив мои слова, вы поступите опрометчиво, потому что если я говорю правду, то вы имеете возможность раскрыть заговор. И еще. — Тиен оглядел всех советников по очереди и закончил: — Если вы слепо обвините меня, не проведя расследования, значит, прямо здесь и сейчас находится настоящий предатель, потому что без поддержки в Совете Тайрад не пытался бы посадить на трон Эли-Борга свою куклу. А он пытался! Ради этого была затеяна свадьба, потому что иначе лиори никогда бы не оказалась на той дороге в сопровождении свиты, мешавшей воинам и госпоже уйти из ловушки. И раз до сих пор никто не отыскал ее среди мертвых, значит, Перворожденная жива, и я надеюсь, что однажды она переступит порог своего замка, и тогда она спросит со своих советников, как они исполнили свой долг и разобрались в преступном сговоре, свершившемся на земле ее риората.
— Да как ты смеешь! — и вновь не сдержался резкий и порывистый Дин-Лирн, но Дин-Фойр, казавшийся до этой минуты спокойным, воскликнул в ответ:
— Сядь, Гейрин, от твоих прыжков и воплей уже ноет в висках! — после коротко вздохнул и продолжил: — Как бы там ни было, но мы не оставим без внимания то, что вы нам сказали, адер. И для начала я хотел бы услышать вот что, — теперь все взгляды обратились на Фойра. — Как вы узнали об участии в нападении риора Дин-Тьера?
— На нападавших были надеты туники с его гербом, — ответил Тиен.
— То есть вы выдвигаете обвинение против Тьера не потому, что увидели его лично, но из-за одежды нападавших?
Архон… Это и вправду не доказательство. Туники могли надеть с целью направить обвинение по ложному следу, потому что этому риору было, за что ненавидеть госпожу. А Дин-Таль ведь действительно не видел самого Дин-Тьера, только его воинов, однако это ничего не доказывает, хоть адер будет тысячекратно уверен в том, что мстительная тварь нанесла удар лиори.
— Это не доказательство, — подтвердил мысли Тиена Дин-Солт. — Однако повод затаить злобу на Перворожденную у этой семейки имелся. Эли-Харту было бы несложно подобрать к ним ключик. Мы не можем исключить возможное участие Тьеров в заговоре.
Дин-Вар кивнул. Обиженные имелись, и не только семья первого наложника лиори. Тайная служба, которой руководил советник, уже проверила некоторых из них, но лучшие люди Дин-Вара рыскали сейчас по окрестностям Эли-Харта и Эли-Рохта, где могла бы скрыться лиори, спасаясь от убийц. Шпионы разбрелись в разные стороны в надежде отыскать хотя бы след своей госпожи, но пока не преуспели. Те, кто остались, разбирались с боржцами, на кого пали первые подозрения. Но до этой минуты их действия больше напоминали тыканья слепых котят, потому что в своих предположениях Дин-Вар хватался за воздух, не имея даже примерного направления, в каком нужно вести расследования. Главным подозреваемым оставался Эли-Харт, но вот кто мог ему способствовать в нападении на Перворожденную…
А теперь цель появилась, и она имела два направления: Ирэйн Дорин и Тиен Дин-Таль. Были оглашены имена, были выдвинуты версии, и стоило проверить каждую из них. Не верилось в вину скромной тихой лейры Дорин. Слишком не вязался ее образ с образом заговорщика, который знал о готовящемся злодеянии и выжидал, когда дичь ступит в силок. Впрочем, не верилось и в коварство Дин-Таля. Он был слишком прост, чтобы строить заговоры. Если в Кейре были коварство и гибкий ум, то Тиен мыслил слишком прямолинейно. Райверн мог рискнуть и добиться успеха, Дин-Таль предпочитал действовать по приказу, не делая и шага в сторону.
