– Пока неизвестно, – вздохнул Гуров. – Одно совершенно точно – «лишние» шубы должны были незаметно изъять, но по какой-то причине не успели этого сделать незаметно. И управляющая магазином узнала об излишках. Кому эти шубы предназначались, мы можем узнать через Филиппа Косоногова – любовника Пустосоловой. Узнаем кто – узнаем и зачем. Как-то так. Не хотелось бы саму Пустосолову брать в оборот, но если прикажешь…
– Прикажешь! – передразнил Орлов. – Шум поднимать, склоку начинать с ее мужем-депутатом? Да и не знает ничего Пустосолова. Думаю, что она в том числе сама не знает, где сейчас искать своего хахаля.
– Я думаю, найдем мы его, – пообещал Крячко. – Есть оперативная информация о том, что Косоногов поддерживает отношения с криминальными кругами. В частности, не так давно имел какие-то дела с Саулом.
– С Саулом? – удивился Орлов. – Знакомая кличка.
– Аферист, но осторожный, – добавил Гуров. – Часто ввязывается в дела замысловатые, со сложными схемами, но сам до последнего держится в стороне, выгадывает, не сорваться ли, пока не поздно. Вот у нас со Станиславом и зародилось подозрение, что Саул имеет какое-то отношение к этой истории с шубами.
– А вы не слишком замахнулись? – покачал головой Орлов. – Где Саул, а где Париж? Хотя много наших дельцов скрылось за границей, легализовалось. Кто-то там мог вспомнить о Сауле и выйти на него.
– Или другой вариант, – усмехнулся Гуров. – Как раз в стиле Саула: узнать о запланированной афере и влезть в нее, потребовать своего участия и своей доли. И мы считаем, что Косоногов никуда не сбежал из города. Его прячет Саул, или он сам прячется от Саула, ждет хозяина и награду.
Струкалеву сегодня не везло весь день. Дважды у него срывалось на рынке, а потом, казалось, удача повернулась к нему лицом. Увидеть на пустынной улице рядом с проходным двором машину со спущенным колесом, а рядом типичного недотепу-ботаника – дело заманчивое. Особенно после того, как Стручок обратил внимание, что костюм у ботаника стоит столько, сколько сам Струкалев в руках редко держал. И у ботаника были проблемы. Он достал дорогой айфон из портфеля и попытался куда-то дозвониться, но батарея у аппарата, судя по всему, безнадежно села. Машин нет, прохожих мало. Струкалев жадно облизнулся.
Вот ботаник снял пиджак и бросил его на заднее сиденье. Потом передумал, снова взял его и стал что-то вынимать из внутренних карманов и перекладывать в портфель. Кажется, бумажник и еще что-то. Струкалев начал думать, с какой стороны ему незаметно подкрасться к машине, когда ботаник начнет сам менять пробитое колесо. Открыв багажник, мужчина вытащил колесо и положил его на асфальт. Порывшись снова в багажнике, он извлек оттуда домкрат и баллонный ключ. Вот теперь время, решил Струкалев. Хватать только портфель и дворами на соседнюю улицу. Подходя сзади к машине, вор старался держаться так, чтобы открытая крышка багажника закрывала его от водителя. Еще несколько шагов – и все! Машина уже начала приподниматься одной стороной под действием домкрата. Сейчас водитель так увлечен процессом, что не успеет отреагировать на открывание двери, прикидывал свои действия Струкалев.
Но везение на этом закончилось. Струкалев не учел, что при подъеме машины домкратом с одной стороны, под одно колесо, часто чуть перекашивается кузов и дверь может не открыться или не сразу открыться, не после первого рывка. И все, что было рассчитано на один быстрый рывок двери, пошло прахом. Дернув за ручку, Струкалев похолодел внутри, потому что дверь не открылась, а портфель на сиденье ведь всего в нескольких сантиметрах. И вдобавок ко всему из-за машины показался ботаник с баллонным ключом в руке, но сейчас его лицо не выглядело лицом лоха. А тут еще рядом остановилась машина, из которой вышли двое мужчин.
– Держи борсеточника! – вдруг визгливо закричал ботаник.
И тогда Струкалев понял, что попался. С одной стороны хилый ботаник, но с другой-то два крепких мужика. И не раздумывая, Стручок бросился мимо ботаника к проходному двору. Толкнуть локтем, чтобы свалить с ног хозяина машины, не получилось. Стиснув зубы от злости на судьбу-злодейку, вор понесся к проходу между домами, когда вскользь по спине ударил брошенный баллонный ключ. Струкалев вскрикнул от боли, когда ключ вдобавок еще и задел его по локтю. Ноги несли сами, а за поворотом он нос к носу столкнулся с Саулом, буквально врезавшись в него и в машину, возле которой стоял вор.
– Стручок! А ну-ка стоять!
Струкалев остановился, затравленно озираясь назад. И тогда Саул все понял, схватил молодого человека за шиворот и буквально затолкал на заднее сиденье машины. Сам он сел рядом, и водитель, угрюмый бугай по кличке Лом, завел мотор.
– Ну, и кто там за тобой гнался? – криво ухмыльнулся Саул. – Я что-то никого не видел на улице. Ты видел, Лом?
– Неа, – отозвался водитель.
– От бабы бежал? – снова начал спрашивать Саул. – Ты мне отвечай, шкет, я ведь не на ярмарке достался. Я тебя могу на лоскуты порезать или вон Лому велеть, и он тебя по маковку в землю вобьет. Прямо через асфальт. Понял меня?
