По мере того как лифт полз вниз, он думал, почему на прошедшей неделе каждый следующий день казался хуже предыдущего. Хотя он пытался заглушить боль привычным для себя способом — погрузиться с головой в работу, — выходило не очень хорошо. Во-первых, потому что на прошлой неделе, после исчезновения Авы, он и так переделал все дела на месяц вперед. Во-вторых, ему больше не хотелось оставаться ночевать в больнице и ловить на себе косые взгляды коллег. В результате вечерами Ной возвращался в свою одинокую квартиру и, не зная, чем заняться, до бесконечности прокручивал в голове ситуацию с Авой. Вдобавок ко всему с ним случился новый приступ паранойи.
Ной не был уверен, но ему показалось, что тот же мужчина в черном костюме, который однажды уже преследовал его, появился опять. Это произошло поздно вечером во вторник. Ной нарочно выбрал окружной путь: прошел по Луисбург-сквер, с тоской поглядывая на освещенные окна в доме Авы, и двинулся вниз по улице. Всякий раз, когда он поворачивал за угол и бросал взгляд через плечо, мужчина оказывался на месте: шагал позади в нескольких ярдах и делал вид, что болтает по мобильнику. Впервые Ной заметил его на Бостон-Коммон. Выйдя на свою Ривер-стрит, он повторил тот же маневр, что и в первый раз: быстро нырнул в подъезд, захлопнул дверь и, взбежав на полпролета, заглянул в оконце над дверью. Как и тогда, мужчина деловито прошел мимо, даже не взглянув на дом.
И снова Ной решил, что эмоциональное потрясение, которое он пережил, стало причиной разыгравшегося воображения. Однако взломанную дверь квартиры трудно был принять за фантазию. Ной понял, что кто-то из многочисленных гостей, посещавших соседку-студентку, снова наведался к нему. Поскольку за последние два года это произошло в пятый раз, он не почувствовал ни беспокойства, ни возмущения — убедительное доказательство того, что человек может приспособиться к любым неудобствам, если они случаются достаточно часто. После первых двух взломов Ной жаловался домовладельцу, и тот присылал мастера — вставить новый замок, — но затем Ротхаузер даже жаловаться перестал. В конце концов, у него в квартире и взять-то нечего, всех ценностей — старенький ноутбук. Хотя, обнаружив его на привычном месте, Ной все же обрадовался. Но затем встревожился: кто-то трогал компьютер.
Лесли любила поддразнивать Ноя, который с невротическим упорством следил за тем, чтобы закрытый ноутбук всегда лежал точно на углу стола. Иногда, желая в шутку позлить его, она нарочно сдвигала компьютер в сторону. Во вторник Ной застал ту же картину, однако списать беспорядок на шалость Лесли больше не удалось бы.
Выйдя из лифта, Ной зашагал по устланному ковром административному коридору и бросил взгляд на часы: до назначенной встречи с доктором Кумаром оставалось еще целых пять минут.
Сам заведующий опоздал почти на двадцать минут, но вел себя крайне обходительно: он прямиком направился в холл для посетителей, где устроился Ной, и горячо извинился за задержку, пояснив, что его вызвали на экстренную операцию. Ной в свою очередь заверил доктора Кумара, что с удовольствием провел время, просто глядя в окно и наслаждаясь непредвиденной передышкой в напряженном рабочем дне. Они прошли в кабинет заведующего анестезиологическим отделением, который был оформлен в восточном стиле; на стенах висело несколько традиционных индийских миниатюр эпохи Великих Моголов.
— Садитесь, пожалуйста. — Мелодичный акцент доктора Кумара придавал особую мягкость его словам. Поверх медицинского костюма на нем был надет длинный белый халат, еще больше подчеркивающий смуглую кожу индуса. Доктор Кумар обошел стол, уселся в кресло и, поставив локти на столешницу, оперся подбородком на сцепленные в замок руки.
— Когда вы попросили о встрече, я предположил, что речь пойдет о докторе Лондон, — начал он. — Вот почему предложил встретиться у меня в кабинете, а не на отделении. Прежде всего, позвольте сразу успокоить вас: ее пребывание в клинике не ставится под сомнение, несмотря на недавние угрозы доктора Мейсона. Он эмоциональный человек и порой бывает несдержан. Но я поговорил с ним после конференции, и доктор Мейсон переменил свое мнение относительно доктора Лондон. Думаю, конфликт улажен. И, кстати, хотел заметить, что вы великолепно провели обе конференции.
— Спасибо, — кивнул Ной. — Я старался следовать исключительно фактам.
— Вы проявили просто чудеса дипломатии.
— Еще раз благодарю, — сказал Ротхаузер. — Я действительно хотел поговорить о докторе Лондон, но совершенно по другой причине.
— Вот как? — Доктор Кумар напрягся, расцепил руки и положил на стол ладонями вниз.
— Есть некоторые моменты, касающиеся работы доктора Лондон… я не упомянул их в докладе на конференции, однако считаю своим этическим долгом обсудить их с вами.
— Да, я слушаю. — Голос заведующего дрогнул, напряжение заметно возросло.
