Она объяснила, что теперь это слишком небезопасно. Немцы проводят обыски. Любому, кто предоставил кров евреям, грозит немедленная смерть. Она не смотрела на меня, когда говорила это, просто добавила, что именно я должна им сообщить.
Я умоляла ее, я умоляла не отсылать их прочь. Потому что, заставив их уйти, она подпишет им смертный приговор. И отправит прямо в лапы немцев.
Ей было все равно. Ренье было все равно. Как и его отцу, которого я считала тихим, но заботливым. Как оказалось, он не был заботливым. Он был просто тихим. И лишь заявил, что эти люди – слишком большой риск для нас. А я наивная девочка, раз убеждаю оставить их здесь.
Наконец, я собралась с силами, пошла к матери Ренье и попросила ее спасти детей.
«И как же, – раздраженно спросила она меня, – ты собираешься это сделать?»
Я прочистила горло, собрала все свое мужество и ответила, что возьму их. Они станут моими. Моими и Ренье.
«Ты? – Она посмотрела на меня поверх очков снисходительным взглядом. – Ты сама почти ребенок. Тебе и девятнадцати нет. И вот уже год, как ты замужем за моим сыном, а в твоем чреве еще ничего не зародилось».
Она безжалостно ткнула в меня пальцем. Как будто я сама этого не знала.
«Они будут моими. У тебя будут внуки!»
«Еврейские внуки», – произнесла она презрительно, откровенно демонстрируя свое отношение.
«Что, если я бесплодна?! – воскликнула я. – Тогда у тебя никого не будет!»
Она посмотрела на меня с жестокой улыбкой: «Значит, не будет».
В тот день я разработала предварительный план. У меня была школьная подруга, семья которой не была такой богатой, как моя. Я устроила ее на работу экономкой в шато. Мы были близки, несмотря на явную разницу наших статусов, которая только усилилась, когда я вышла замуж за Ренье. Тем не менее, она доверяла мне определенные вещи, а я ей. Однажды она случайно проговорилась, будто ей кое-что известно об отце Ренье. Но она была слишком деликатна, чтобы сообщить мне, что именно. И на следующее утро после моего разговора с Maman я решила поговорить со своей подругой. Я рассказала ей, что происходит под нашей крышей и потребовала открыть мне все, что она знает, потому что мы должны спасти детей.
Понимаешь, Джейд, я должна была прогнать их в тот день. Я должна была отправить их на съедение волкам.
Кстати, знаешь, кто моя подруга? Это бабушка Рафаэля, моего садовника. Она умерла около десяти лет назад. Теперь ты понимаешь, почему я дала ему работу, хотя он не особо подходит на эту роль. Его бабушка спасла твоего отца. В тот день она спасла и меня.
