Я не уверена, зачем ей понадобилось море, от которого мы все еще довольно далеко, просто рада, что она сразу же не принялась жаловаться на то, что я разбудила всех посреди ночи, и не расспрашивает меня о картине.
– Нам повезет, если мы просто выберемся из этой страны, – замечаю я. – Помнишь Аманду Нокс[74]?
– Черт. – Викс поворачивается ко мне. – Я не подумала о ней.
– Нас могут ждать годы во французской тюрьме. – Я шучу, но в каждой шутке есть доля правды. – Если только мы не сможем сбежать из шато ужасов.
Тишина, затем Викс говорит:
– Я так рада, что мы едем в санаторий! Отвлечемся от всего.
Я не отвечаю, потому что эта экскурсия отвлечет меня от одной ужасной вещи и заменит ее другой.
– Джулиет нравилось строить замки из песка на берегу моря, я тебе когда-нибудь говорила об этом? Однажды она даже получила награду. Она могла заниматься этим часами. Держу пари, ей бы понравилась Ницца.
– Где же вы строили замки из песка? – Я перекрикиваю порывы ветра в машине.
– На побережье Джерси. У мамы Джулиет там дом. Это безумие, она часами может лепить и украшать их. – Викс улыбается. – Я так и не поняла в чем смысл. Она тратила столько времени на то, чтобы построить замок только для того, чтобы волна унесла его.
Я киваю. Мне тоже не понятно. Ни Себ, ни я не строим замки из песка. Мы – пара, у которой есть цель с долговременным эффектом, и мы должны достичь ее. Мы совсем не похожи на безумцев, которые сидят на пляже и что-то лепят только для того, чтобы это в конечном итоге исчезло.
– Ты с ней разговаривала? – интересуюсь я. – Рассказала, что произошло? – Я впервые осознаю, как все происходящее, должно быть, тяжело, для Викс в частности. Остальные замужем, пусть даже имеется треугольник: Арабель – Дарси – Оливер. Себ интересовался, как у нас дела, он очень обеспокоен. Он даже поговорил с сотрудником полиции, ведущим это дело. Я понятия не имею, как он умудрился дозвониться до офицера Дарманен, не говоря уже о том, что заставил ее уделить ему время. Пусть даже он не узнал ничего, кроме того, что они полагают, что вышли на главного подозреваемого. Себ признался, что думает, что это Дарси. Я нахожу это совершенно диким. Дарси никогда бы не убила Серафину. Но, с другой стороны, Себ не знает подробностей их отношений. Только мы, девочки, в курсе.
– Я написала ей, – признается Викс, и моему мозгу требуется мгновение, чтобы вернуться к заданному мной же вопросу.
– Ответила?
Викс пожимает плечами и заставляет себя улыбнуться.
– Нет.
– Что у вас случилось, девочки? Я все еще действительно не понимаю.
– Джулиет узнала, что все эти годы я принимала деньги от Серафины.
Я молчу. Я знала о том, что Серафина покровительствует Викс. Подруга однажды призналась мне, потому что для меня всегда было странно, что она позволяет себе вести такой образ жизни, и я задала ей вопрос. Не хочу сейчас давить на Викс, но я не удивлена, что Джулиет так отреагировала.
– И я не знаю… еще Арабель водила меня по магазинам и платила за вещи, когда я была в плохом состоянии после мастэктомии. А потом позвонила Серафина и захотела встретиться со мной здесь. И я не смогла объяснить Джулиет почему. Так что Джулиет просто показалось, что у меня от нее слишком много секретов. Я понимаю. Но…
Я жду, что она продолжит, но она молчит. Я убираю волосы с лица.
– Ну, знаешь, как говорят?
– Как говорят? – спрашивает она с надеждой, как будто я собираюсь дать ей какую-то волшебную таблетку. Я испытываю прилив сочувствия к своей подруге.
– Говорят, что пока ты не умер, это не конец. – Я улыбаюсь, но потом понимаю, что это не так смешно в контексте нынешней недели.
– Пока ты не умер, это не конец, – повторяет она, и тогда я понимаю и другой подтекст. Какая же я идиотка! Как я могла сказать такое своей подруге, которая пережила рак молочной железы?
– Я не имела в виду… О черт, Викс, я совершенно не это имела в виду.
– Да. Это должно обнадеживать.
Я киваю.
– Викс, послушай, тебе придется рассказать мне о своей встрече с Серафиной. Я полагаю, ты рассказала полиции?
– Да, но это просто нечестно, – говорит она, и я понимаю, что сейчас она о Джулиет, а не о картине, что меня раздражает. – Я была такой хорошей подругой! Помнишь, как я купила ей билеты на Билли Джоэла в Мэдисон Сквер Гарден? Наши места были шикарными, и мы провели чудесный вечер. И я сюрпризом отвезла ее на выходные в Чарльстон на ее день рождения, и…
– Это все подарки, – мягко вставляю я, наблюдая, как мимо пролетают кукурузные поля и оливковые рощи.
– Хм? Да, конечно, это так. Потрясающие подарки!
– Ну, может быть, откровенность важнее, – мягко продолжаю я, стараясь, чтобы это звучало беззаботно.
Губы Викс сжимаются, и она снова смотрит в окно, отворачиваясь от меня.
– Я не пытаюсь причинить тебе боль. – Я кладу руку ей на колено. – Просто объясняю тебе другую точку зрения. Например, Себ тоже любит экстравагантные подарки. Но для меня проявление любви – это действия. И хотя это не является его естественной склонностью, но он всегда вынесет мусор или починит посудомоечную машину, если я попрошу. Даже если очень занят.
