Не знаю, как Толик, а я покраснела. Со стороны кустов донеслось робкое покашливание, и парень, уже нашедший свой телефон, почему-то не спешил к нам приближаться. Затем он с опаской, словно вот-вот ожидая удара под дых, сказал:
— Мы же шутили, ты же понимаешь… Мы вовсе не… — Закончил увереннее: — И вообще, нечего подслушивать чужие разговоры!
— Да, конечно, это
Я передала беседу с женщиной по телефону и резюмировала:
— Теперь я почти уверена, что это ее труп. Кто-то не хотел, чтобы мы узнали какой-то секрет.
— Так-так-так… — разволновался Смирнов и начал ходить туда-сюда вдоль берега. — Вот что, идем отсюда. Мне надо с вами потолковать, да так, чтобы видеть ваши лица. Обмануть меня, глядя в глаза, тяжело, почти невозможно, так и знайте.
Он развернулся и резво пошел к подъему на мост.
— Как же мы труп оставим? — удивился Толя. — Кстати, Аня, тебе придется звонить, мой телефон, по-видимому, сдох.
Смирнов остановился и бросил через плечо:
— Нечего швырять куда попало! В головы приличных граждан, например!
— Нечего было запуливать его куда попало! Поймал бы лучше.
— Ладно, идем! — крикнула я, лишь бы они замолчали.
Ворота за нами охранник не запирал, поэтому мы спокойно прошли внутрь и ничего ему не сказали.
— Как мы объясним, почему не вызвали ментов сразу? — не унимался по дороге Ткаченко.
— Скажете, что телефоны не взяли с собой, — напутствовал нас майор, который первым достиг крыльца. — Или что разрядились. Или что сломались. Можешь продемонстрировать свой, как доказательство. — Я рассмотрела это как усмешку, но Толя внимал молча и кивал. — Скажете, что вернулись во дворец, чтобы позвонить отсюда.
Мы поочередно вошли в здание, которое я при выходе не стала запирать (что и позволило Андрею и тут все сделать первым).
— А говорить, что пошли на встречу?
— Конечно, — влезла я, пока Смирнов опять не стал науськивать нас на обман. — Иначе как мы вообще объясним, что там делали?
Но Андрей все же встрял:
— Могли гулять, погода дивная, звезды, романтика. Смотрите сами, конечно, но вопросов не оберетесь. Если уж они и у меня появились, а я к вам неравнодушен. А то совсем посторонние люди приедут. Как бы вам не стать главными подозреваемыми.
— О блин! — Толя настолько проникся смирновскими словами, что схватился за голову, выглядя почти театрально. Мне его даже стало жалко.
— Так. Ты или кончишь запугивать и задашь наконец свои вопросы, или я звоню. — Я потянулась к телефону.
— Стой! — Майор уселся на подоконник, подозреваю, чтобы оказаться выше (мы с Толей устроились на раскладном диване), и вперил в меня полный негодования взгляд. — Дорогая, это классика жанра, ты не находишь? Во всех фильмах было. Таинственный звонок от неизвестной. Она хотела что-то сказать, связанное с расследованием, которое ты по неведомой мне причине затеяла, но не успела, потому как была убита за две минуты до вашего прихода! Вот это потрудись объяснить, а там посмотрим.
Я лишь моргнула. Дважды. Он что, намекает на то, что я все это придумала?
Я беспомощно воззрилась на Толю. Он понял мой взгляд.
— Эй, подожди-ка. Ты хочешь сказать, что она врет? Я был с ней! И во время звонка, и внизу под мостом.
— А до моста?
— И до моста! Мы были неразлучны все это время, представь себе.
Смирнов презрительно хмыкнул.
— Ну допустим. Значит, вы в сговоре.
— Опять двадцать пять! — протянули мы хором.
— Да, возможно, у меня паранойя, — тут он выразительно посмотрел на меня, вспомнив мое словцо, — но если и я так думаю, повторяю, как вы считаете, что подумает полиция? Но дело ваше. — Он встал и пододвинул мне телефон. — Звони.
Я усмехнулась и, посмотрев ему прямо в глаза, проговорила:
— Ты что-то очень рьяно отговариваешь нас звонить по ноль два. Не потому ли, что это как раз у тебя нет алиби? Может, ты за себя боишься, а не за нас? Может, эта женщина только для нас с Толей незнакомка, убивать которую мы не имели мотива?
— Дура, — ответил беззлобно. — О тебе же пекусь.
— С чего бы это?
Мы долго смотрели друг на друга. В его взгляде были не любовь и нежность, как могло показаться от этих слов, а что-то другое… Будто он знал какую-то тайну.
Я похолодела от этой мысли и уже из вредности схватилась за трубку. Набрала 0, затем сбросила. Андрей, видя это, поганенько ухмыльнулся.
— Да ты чего? — изумился Толик. — Не хочешь, дай, я сам позвоню.
— Не в этом дело. Говоря о незнакомцах, которые приедут по вызову, он мне напомнил кое-что.
Я покопалась в столе и нашла визитку Ивана Федоровича.
Уже через сорок минут мы с Ткаченко махали руками, увидев проезжающие по мосту «Жигули». Рыжий капитан привез с собой еще каких-то мужчин, наверно, экспертов.
— Так с чего вы взяли, что труп какой-то бабы на берегу имеет отношение к делу, которое я расследую?
