Между тем молодец на арене демонстрировал умение держаться в седле на необъезженной лошади, небрежно подняв правую руку вверх. Показывал мастерское владение лассо, объездку лошадей и прочие трюки. Затем началась театрализованная часть представления. Вроде как утомившись, ковбой присел отдохнуть. На арене, изображавшей просторы прерии, вовсю паслись кони, а наш герой, сидя у костра, с умилением взирал на декорации – расстилающуюся в долине нарисованную деревню. И вдруг он как будто бы заметил, что поселенцам грозит опасность – краснокожие подкрадываются к домам.
Подхватив свое верное лассо, Билл поднялся с места, вскочил на коня и поскакал спасать деревню. Он бился, как лев, ловя руками пущенные в него стрелы, одним броском лассо стреноживал по три индейца за раз, но сам был схвачен в тот момент, когда прикрыл собой прекрасную поселенку, неосторожно выглянувшую из дома. В этот самый момент стрела краснокожего пронзила его плечо, и, пока Билл вырывал у себя смертоносное жало, маленькие обнаженные люди набросились на него и скрутили по рукам и ногам.
Следующий акт действия разворачивался в лагере индейцев, куда героя принесли и бросили у горящего костра. Его полностью раздели, сняв сапоги и брюки и оставив лежать в одних лишь борцовских штанах. Раненый ковбой каким-то чудом сумел выбраться из пут, голыми ступнями затоптал индейцам огонь и, забрав с собой полоненную девушку, скрылся вместе с ней на необъезженном мустанге.
Публика аплодировала стоя, снова и снова вызывая ковбоя на поклон. Он вышел только раз, но зрители продолжали волноваться. Крики и требования раздавались до тех пор, пока на манеж не выбежал конферансье и не объявил следующий номер.
– Воздушный эквилибр! Фантазийный этюд «Легче воздуха»! Выступают Элла и Эжен Ковалли!
Заиграла бравурная музыка, и фон Бекк заинтересованно подался вперед, разглядывая застывшую на трапеции под самым куполом цирка в круге электрического света полудетскую фигурку в короткой газовой юбочке. На той же трапеции, уцепившись коленями за штангу, головою вниз покачивался коренастый мужчина в синем трико, усыпанном золотыми звездами и обшитом бахромой. Грянула барабанная дробь, Эжен Ковалли настойчиво поднял руки, и гимнастка сделала движение вперед, чтобы ринуться вниз. Заглушая флейты и скрипки, по залу пронесся испуганный возглас зрителей, но тонкие руки девушки пришлись точно в протянутые к ней широкие ладони.
