– Фелидиксов не так много. Ты первый человек, с которым я общаюсь, потому что мы, Полуночные коты, обычно держимся от вас подальше. Иногда я жалею об этом. Нам разрешено жить во дворце, спать на бархатных подушках и есть самую дорогую рыбу каждый день, но мы всегда должны быть рядом, – Лиса дружелюбно улыбнулась. Нова восхитилась её прекрасной мордочкой и умными, медово-жёлтыми глазами.
– Мне очень хочется рассказать Горацио о том, что мы с Генри помогаем вам, – начала Нова, надвинув капюшон, когда они вышли на одну из улиц Ковент-Гарден. – Но я понимаю, что он будет беспокоиться.
Перед ними резвились гуляки, вышедшие из пабов и театров. Должно быть, представление только что закончилось, потому что большие двери здания, оклеенные плакатами, были открыты и толпа, вышедшая наружу, наводнила улицу шумом голосов.
Теперь они бежали ещё быстрее, и Нова надеялась, что их маленькая группа не будет выделяться среди прохожих. Когда они свернули на более тихую улицу, она задумчиво сказала Лисе:
– Как ты думаешь, Горацио гордился бы тем, что Полуночные коты обратились к нам за помощью?
– Разве Эдисон не рассказал вам историю Горацио? – Лиса на мгновение зажмурилась. – Есть веские причины, по которым он не должен знать, что вы нам помогаете.
Нова остановилась и напряжённо прислушалась.
– Подожди! – прошипела вдруг Лиса. Она оказалась в тени мусорного бака, из которого вываливались чёрные мешки. В темноте Полуночная кошка казалась статуей из бронзы, и только её развевающаяся длинная шерсть выдавала, что она живая.
Шаян и Генри тоже остановились. Нова понятия не имела, что происходит. Вдруг она заметила трёх кошек, снующих под машиной на противоположной стороне улицы. Они были ужасно худыми, а на их шеях виднелись ленты с треугольниками. Это были кошки из армии Пенелопы!
– Мы приближаемся, – вздохнула Лиса, когда те исчезли. – С этого момента больше ни слова. Нас ни в коем случае не должны обнаружить!
Через несколько минут они стояли перед, казалось бы, заброшенным зданием. На крыше осталась только буква «А», мерцающая в ряду неоновых огней. Поднялся ветер и понёс по аллее пустой бумажный пакет.
– Это здесь штаб-квартира Пенелопы? – выпалила Нова и тут же прижала руку ко рту, потому что Шаян бросил на неё строгий взгляд.
Она разглядела надпись на крыше – «Театр Адельфи». Папа рассказывал ей о больших шоу в Вест-Энде, театральных постановках и мюзиклах, на которые зрители со всего мира съезжались в Лондон. Сама она никогда их не видела.
Шаян снова пришёл в движение. Генри с тревогой посмотрел ему вслед.
– Неужели мы и в самом деле должны взбираться по этим шатким ступеням наверх? – прошептал он на ухо Нове, наблюдая, как кот совершает восхождение.
– Смелее! Пожарные лестницы способны выдержать и не такой вес. Только не смотри вниз, иначе у тебя закружится голова!
Нова позволила Генри пойти первым. Лиса была последней, кто поднялся по крутой металлической лестнице, зигзагообразными линиями обвившей дом.
– Голубиный помёт, старое масло, мятные леденцы, бабл-ти, лепестки тюльпанов… – шёпот Генри звучал как стихотворение.
Нова знала, что Генри пытался отвлечься, перечисляя все запахи, которые смог уловить. У неё самой кружилась голова. Ступеньки вели всё выше и выше, и казалось, что эта пытка никогда не закончится. Вдруг буквы, которые внизу казались крохотными, стали огромными – они достигли крыши.
– Ух ты! – Нова обернулась. Весь Вест-Энд был перед ней как на ладони – с его огнями и красными двухэтажными автобусами, которые даже ночью курсировали по узким улочкам, с его остроконечными небоскрёбами и блестящими фасадами. Жаль, что у неё не было времени полюбоваться видом.
– Быстрее, вы двое! – Шаян стоял у стеклянного люка. – Откройте его. Вся банда собралась внизу, в самом театре. И они точно не ожидают визита сверху.
Лицо Генри всё ещё было зелёным после подъёма. Нова дернула за ручку люка, но тот приоткрылся лишь на щель.
– Генри, давай, – крикнула она, – помоги мне! Раз… два… три!
Вместе им удалось открыть люк.
Шаян и Лиса уверенно поспешили вниз по деревянной лестнице, будто знали дорогу. Нова и Генри последовали за ними. Здесь, внутри, Нове казалось, что они находятся в совершенно обычном жилом доме. Они очутились в узком коридоре с белыми дверями. Коты исчезли в дверном проёме. Туда же последовала и Нова. Комната была такой же маленькой, как кабинет Горацио. К стенам крепилось множество пультов с переключателями и кнопками.
– Осветительская ложа, – пробормотал Шаян. – Не пугайтесь.
Нова проследила за взглядом Шаяна. Перед ними располагалось огромное окно, защищённое металлической решёткой. Сверху открывался вид на сцену театра и зрительный зал. Они были так высоко, что у Новы снова закружилась голова. Она подала Генри знак остановиться у стены.
Ряды кресел под комнатой круто спускались вниз. Сцена была залита призрачным зелёно-голубым светом. Глаза Новы медленно привыкали к темноте. У кошек Шаяна и Лисы в этом плане было преимущество.
