На рассвете над городом опустился лёгкий туман. Бледно-розовое небо на горизонте говорило о том, что скоро взойдёт солнце. Воздух был свеж, и лёгкий ветерок сдувал Нове волосы, выбившиеся из её конского хвоста, на лоб.
Они шли по улицам Сохо – магазины и рестораны всё ещё были закрыты расписанными разноцветными граффити жалюзи. Время от времени мимо них пробегала кошка и исчезала за мусорными баками или в одном из узких проходов между домами. Все, казалось, знали Нову и Генри. Иногда они даже слышали робкие возгласы: «Молодец!», «Да здравствует королева Куинн!». Но все пробегали мимо, ни одна из кошек не остановилась. Дети добрались до реки, на которой лениво покачивались с закрытыми глазами чайки.
Циферблат Биг-Бена показывал четыре часа двадцать минут. Нова и Генри пробрались через тайные ворота, а затем вернулись в башню Горацио. Руки и ноги Новы болели, а Генри едва мог держать глаза открытыми, настолько он устал. Даже на то, чтобы говорить, у него не хватало сил. Примерно через два часа Горацио разбудил своих учеников радостным стуком в дверь.
Двое друзей, измученных ночными приключениями, бежали по лестнице, как вдруг им на пути попался огромный рыже-белый пушистый шар.
Нова вздохнула. По закону подлости из всех кошек в башне их обнаружил именно Гектор.
– Я так и знал! – голос Гектора был тихим и вкрадчивым, но Нова чувствовала, как громко стучит её сердце. – Мяуцы вернулись. – Гектор потянулся и спрыгнул на ступеньку. – Не поняли? – спросил кот, когда Нова и Генри нервно посмотрели на него. – «Мяу» и «беглецы». Получилось «мяуцы»!
– Мы были… мы просто… не могли уснуть… – пробормотала Нова.
– Чушь! – Гектор принялся вылизывать свою шерсть. – Назойливый уличный кот втянул вас в это, и вы не могли сказать «нет». Мои источники сообщили мне, что вы добились успеха. Невозможно представить, что было бы, если бы мы сделали королевой это чудовище! – Гектор фыркнул.
– Ты имеешь в виду Пенелопу? Её больше нет. Королева Куинн и Полуночные коты прогнали её, – Генри проснулся в мгновение ока и заговорил так быстро, что чуть не подавился.
– Надеюсь. Я очень волновался. Королеве Куинн точно есть ещё чему поучиться. Вряд ли кому-то до неё приходилось занимать трон в столь юном возрасте. Все остальные кошки были освобождены? – Гектор испытующе посмотрел на Нову.
Нова резко кивнула:
– Да, все. Полуночные коты снова в полном составе, а уличные кошки могут вернуться на свои территории. – Она ненадолго задумалась. – Ты всё это время знал, что мы помогаем кошкам?
– С тех пор как я увидел Эдисона, этого хвастуна, у башни. – Кот удовлетворённо мурлыкнул. – Думает, что его никто не замечает. Ха! Видите ли, меня часто недооценивают, потому что я не могу так высоко прыгать и так быстро бегать. Это один из немногих недостатков моей статной фигуры. Но главная магия происходит между этими очаровательными ушками, – он деловито провёл своей толстой лапой по голове.
– А Горацио тоже знает? – спросил Генри.
– Конечно, нет! – Гектор нахмурился. – И если у вас возникнут глупые мысли поговорить с ним об этом, я позабочусь о том, чтобы завтра вас отправили на экспедиционный корабль родителей Генри. Горацио никогда не должен узнать, что вы двое вмешались.
Нова вспомнила, что Пенелопа сказала королеве Куинн.
– Это как-то связано с Гвендолин? – спросила она.
Гектор пронзительно посмотрел на неё.
– Гвендолин – старшая сестра королевы Куинн. Как первенец она должна была унаследовать трон своих родителей. Но около четырёх лет назад, незадолго до коронации, она исчезла. С тех пор о ней больше никто не слышал.
Снаружи пели птицы. Сквозь окно лился тёплый свет первых лучей солнца.
– И какое отношение к этому имеет Горацио? – спросила Нова.
– Он винит себя в том, что она ушла. Горацио и Гвендолин были хорошими друзьями. Вы ведь знаете, какой он. Все доверяют ему, обращаются к нему за советом. Но однажды Горацио и Гвендолин поссорились. К сожалению, я не знаю, из-за чего именно, но на следующий день Гвендолин внезапно исчезла. Даже не попрощавшись. Горацио не хочет говорить об этом, но с тех пор он считает, что люди не должны вмешиваться в дела кошек. И уж точно не в дела королевских кошек, – Гектор опустил голову и вытянул вперёд подбородок. Его тело заполнило бархатную ступеньку лестницы. – И я думаю, он прав.
– В таком случае Пенелопа стала бы твоей королевой, – ответила ему Нова.
– Ой! – ответил Гектор, прищурив глаза и повернув голову набок.
Им пришлось перешагнуть через Гектора, чтобы продолжить подниматься по лестнице. Даже с дальнего расстояния Нова увидела, что за её дверью что-то стоит. Её сердце громко застучало. Может быть, это от папы? Но сейчас он должен был благополучно прибыть в Шотландию.
– Что это? – спросил Генри. – Пахнет странно – песочным печеньем и свежескошенной травой.
Это была корзина, к ручке которой были прикреплены клетчатые салфетки, которые ниспадали, словно занавески, скрывая содержимое корзины. Что в ней могло быть?
Нова оставила рюкзак возле своей комнаты.
