- Информаторов у меня достаточно. Некоторые за честь это
почитают, между прочим. Не ерепенятся. Домой, к нормальной жиз-
ни спешат вернуться. Искупив вину. Я ведь умею быть благодарным.
Своих братишек в обиду не даю! И потом ты мне нужен для связи.
Этого мне будет достаточно. И для тебя не тяжело. Не "в напряг", как у вас говорят!
- Как это "для связи"?
- Будешь работать, как работал. Жить, как жил. Просто иногда бу-
дут приходить мои люди. А ты мне их просьбы в срочном порядке
передашь. По внутреннему телефону из кабинета техники безопас-
ности. Вот и все. Связь в оперативной работе это главное слагаемое
успеха.
И за это за твоей спиной буду я. Начальник оперативного отдела
учреждения. А это значит – все амнистии и досрочное освобождение
гарантированы. И Мальборо иногда сможешь курить прямо в этом
кабинете, как сейчас. Я не понимаю, что тут думать? Другой бы уже
десять раз подписался. Ты домой хочешь или нет?
Давай, давай садись, пиши. Мне твой телефон нужен, не ты. Отка-
жешься, другой с радостью согласится. Сговорчивых тут много. Бу-
дешь писать, нет?
Обращаться ко мне в донесениях и по телефону будешь только
«Дядя». Рабочим псевдонимом избираю… , какой псевдоним выби-
раешь?
- Не знаю…
- Рабочим псевдонимом избираю - «Элвис Пресли» - король, блядь,
рок-н-ролла. Последнее не пиши. Шучу. Вот и ладненько, Элвис. Чи-
сло и подпись не забудь. Вот и добренько. Молодца! Приятно иметь
дело с интеллигентными людьми. Они всегда легко на вербовку идут
- умные.
Кстати договор на счёт уроков по английскому для моего сына – в
силе. Это и дело хорошее и легенда неплохая. Всегда сможешь ко
мне под этим предлогом со своей тетрадкой зайти. Договорились?
Чего ты молчишь? Договорились, спрашиваю?
- Договорились, Косым Курбанович
- Дядя!
- Договорились, Дядя!
- Да, и ещё. Я вижу у тебя детство в жопе играет. Отнесись посерьёз-
ней. К тебе будет приходить агентура. МОИ ЛЮДИ. Если кто-то за-
палится по твоей милости, смотри. У петухов потом переклички бу-
дешь делать. Ты же, говорят, с этим балероном обиженным по тюрь-
ме дружен был? Вот я вас и воссоединю. Понял меня?
-Понял, Косым – ака, всё понял.
- Мой псевдоним?
-"Дядя"
- Твой?
- "Элвис"
- Ну, все тогда. Свободен. Дуй в барак, «племянничек». Не забы-
вай, какой документ сегодня в твоё личное дело подошьют.
С невероятным облегчением разворачиваюсь и выползаю из каби-
нета. Уже в дверях Худой Дядя останавливает меня.
- Вернись! Шпонку ту, в чемодане, она ведь сейчас в чемодане, вер-
но? Шпонку ту оставь себе. Кури. Не барыжничай. А с Мутановым я
вопрос сам решу. Пошёл.
Дядя делает жест рукой, который одновременно означает и "до
свидания" и "смотри мне, не балуй".
Ну, я и пошёл. Зашёл нарядчиком, вышел Элвисом Пресли.
Стукачом. Начиналась очередная "новая жизнь".
"Элвис покинул здание". Концерт окончен.
***
Сейчас на Веронике осталось только тонкая белая футболка,
сквозь которую весь мужской состав офиса рентгеном ощупывал се-
годня целый день её малюсенькие сиськи. Почти плоская грудь, но
от этого, кажется её соски стали размером с две крупные виногради-
ны «Дамский пальчик».
Ещё на ней изящные небесно-голубые трусики. У самой резинки
темно-синими нитками нашит цветочек. Часть цветочка, несколько
лепестков, исчезают за немного приспустившейся резинкой. Уводят
туда.
Вам нравится, как женщины снимают трусики? Да прекратите вы са-
ми с них их срывать! Терпение и выдержка. Придержите их как хо-
рошее вино. Пусть они заведутся и сами стянут с себя трусики. И вот
тут вы и увидите главное достойное просмотра. Это лучше чем мог-
ли снять бессмертные Акиро Курасава или Сергей Эйзенштейн. Ку-
да им до любой женщины. Вот кто умеет – снимать!
Это неповторимо женское движение самки снимающей трусики! Ка-
кая мощь, и вместе с тем хрупкая скромность стеснения. Ниагарский
водопад. Апогей чувственности. Кульминация жизни. Какое-то
волнообразное, параболическое движение-совершенство. Они вы-
плывают из трусиков как русалки или рыбы. Пластично и неповто-
римо. Одним неуловимым умопомрачительным движением.
У девушки, о которой я мечтал с самого первого курса снежно-белая
кожа. Только вокруг левой груди мелкие брызги нескольких роди-
нок, способных свести с ума. Я целую, жадно целую их и спускаюсь
вниз по её безупречному, плоскому животу, с узеньким глазком пуп-
ка посредине. Как славно она пахнет. Как красиво её распущенные
волосы упали на плечи и шею
Мои губы обцеловывают изящно выступившие изгибы узкого Веро-
никиного таза, пока не доходят, наконец, до выбритой замшевой её
нежности.
Кожа там настолько изнеженно мягкая, что, даже еле касаясь губа-
ми, я боюсь ей повредить.
Веронике немного щекотно, и она со смешком сдвигает колени
прямо у меня над головой. Это служит мне командой к действию, и я
запускаю в неё язык, из-за всех сил прильнув лицом к низу живота
моей любимой.
Вероника нежно стонет, вздыхает и прижимается к моему лицу. О-
на худенькая, поэтому небольшие жировые складки её интимных
губ безумно красивы, правильной, аккуратной формы. Нет ещё из-
носа от многих лет секса или родов. Всё соответствует моим тогдаш-
