– Нет, благодарю. – Дейл отхлебнул из кружки. – Вот уж скоро два месяца, как я наблюдаю за Авилой. До последнего времени теплилось подозрение, что Хамо найдёт возможность встретиться с ней. Однако, старший констебль считает, что это – напрасная трата времени. С сегодняшнего дня слежка за Авилой прекращена.
– А вот я, как раз сегодня, решил повидаться с ней, – сказал Грир с улыбкой. – Это единственная ниточка, ведущая к Хамо. Не верю, что он просто ушёл от неё, ничего не сказав.
– Зря потратишь время, – заметил Дейл. – Мы допрашивали её в башне шерифа целый день. И потом, сейчас она живёт с Эвриком, а это о многом говорит. Если бы Авила надеялась на деньги Хамо, она бы с Эвриком не связывалась.
– Возможно, но я все же с ней потолкую.
– Будь осторожен. Убедись прежде, что рядом нет Эврика, он очень опасный собеседник.
– Я буду осторожным.
– Вчера я посетил таверну «Одинокая дама», – добавил Дейл. – Смотрел её выступление. У неё есть талант. Репертуар, конечно, мрачноват, но, тем не менее, не думаю, что она надолго останется с Эвриком. С её способностями ей место на сцене больших театров.
– И всё же мне подозрительно, как эта свора мерзавцев смогла заполучить столь роскошное заведение. Тин-Ар, должно быть, отвалил им немалый куш.
– Да… Я знал эту таверну, когда она ещё принадлежала Зубину. А сейчас!.. Все разбойничьи рожи в дорогих тканях и мехах. Лишь Соваж не переменился.
Грир скривился.
– Я большего подонка не знаю, чем Соваж.
– Поддерживаю. – Дейл хмуро усмехнулся. – Вчера вечером этот недоумок нагнал на меня страху. Когда он покинул таверну, я решил проследить за ним, пока Авила приковала к себе внимание всех в кабаке. Гора за городом по западной дороге заключает в себе пещеру. В этот грот и отправился Соваж. Я опасался осмотреть все досконально, Соваж в полном безумии выскочил на улицу, и я решил, что он возвращается в город, а я привязал коня близко к дороге и потому поспешил убраться, пока жив.
– Очень жаль, что меня там не было, – Грир улыбнулся. – Если я правильно понимаю, Мамуля Гид устроила в пещере логово. Ты рассказал об этом Сеймуру?
– Это мой долг. Но сделать мы пока ничего не можем. Почти все посетители таверны – влиятельные люди, и нам подобраться к шайке Мамули теперь непросто.
– Да, злодеи умеют устраивать полезные связи. Где я могу найти Авилу?
– Она с Эвриком обретается в районе Старой деревни, в доме из красного кирпича, второй этаж. Но, предостерегаю ещё раз – держи ухо востро!
Попрощавшись, Барон Дейл ушёл.
***
…Эврик проснулся как от пощёчины. Сквозь проклеенную ткань окон пробивались лучи солнца. Эврик закрыл глаза и тихо выругался. Полежав немного, он повернул голову на похрапывающую рядом Авилу. У него болела голова, и Эврик бросил на неё озлобленный взгляд. Затем встал и отправился на поиски выпивки. Обнаружив кувшин с вином, он налил себе приличную порцию кларета. Вино обожгло желудок. Эврик кашлянул, прочищая горло. Кларет после вчерашней попойки несколько взбодрил его. Отупевшая голова снова стала работать. Он вспомнил соглядатая, которого прозевал прошлым вечером. Мамуля чуть из кожи не вылезла, когда узнала, что тот мог проследить за Соважем до пещеры. Эврик скривился. Мамуля права. Он проявил неосмотрительность. Но что он мог увидеть у пещеры? Ничего. Соваж тоже орал так, что казалось, вот-вот раскромсает его своим мечом. Если б не Мамуля, скорее всего, так и случилось бы. Эти воспоминания вызвали судорожную дрожь. Мамуля сама зря разрешила своему сыночку-ублюдку оставить похищенную.
Эврик вернулся к ложу. Авила уже проснулась. Она сбросила меховое одеяло и лежала на спине, уставившись неподвижным взглядом в балки потолка. Она была совершенно обнажена.
– Послушай, ты ведь не на сцене? – проворчал Эврик, направляясь к рукомойнику. – Прикройся, блудница.
Авила осталась лежать в той же позе, глядя на узоры бруса.
– Вместо того, чтобы приготовить утренний настой, она лежит, подобно трупу, – возмутился Эврик.
– Сам готовь свой чай! – Авила резко села. – Меня тошнит от такой жизни!
– Вот так новость! Тебе такая жизнь не нравится? Вот уж скоро месяц, как ты живёшь в шелках и не ведёшь счёт монетам. Ты выступаешь в лучшем кабаке города и получаешь пять монет серебром в седмицу. И тебе это не нравится? Чего тебе ещё нужно-то?
– Я хочу славы, – поделилась Авила.
Она села на кровати и принялась прихорашиваться. Эврик, пожав плечами, стал заваривать напиток, поглядывая на Авилу. Причёсанная, с накрашенными губами и подведёнными ресницами она была ещё более соблазнительной. Обернувшись к столу, Авила заметила кувшин кларета, оставленный Эвриком.
– Ты не можешь и дня прожить без кларета, – упрекнула она. – Готовишься стать пьяницей?
– Прикуси язык! – прорычал Эврик.
Они пили чай в тяжёлом безмолвии.
– Если бы нашёлся человек, который дал мне достаточно монет, чтоб перебраться на сцену большой игры, я сбежала бы из этой ямы.