– Если б мне дали достаточно монет, я сделал бы то же самое, – сказал Эврик насмешливо. – Когда ты прекратишь изводить всех своим дутым талантом? Отчего бы не посмотреть на вещи в том виде, в каком они есть в действительности?
– Все вы одинаковы, – промолвила горько Авила. – Всех интересует только моя плоть.
– Если ларец хорош, неважно, что он пуст, – пожал плечами Эврик.
– Если бы ларец был некрасив, Эврик, ты бы не стал в него и заглядывать?
– Боги! Неужели нельзя перестать терзать мою раскалывающуюся голову?! К чему этот разговор?
– Никто не молодеет. До того, как состарюсь, я хочу добиться славы. Хочу стать основной дивой мистерий, а не певичкой в захудалом кабаке.
– Ну ты выдала! Чего тебе не хватает?
– А куда вы ездите по западной дороге? – неожиданно спросила Авила.
Эврик содрогнулся и злобно глянул на неё.
– Никуда. А с чего это тебя заинтересовало?
– Ну уж нет! Авила не дурочка. Сдаётся мне, Соваж завёл милашку. Кто она?
– Да ты спятила! – взорвался Эврик. – Соважа женщины не интересуют.
– Я знаю, как туда шастают Мамуля и Лекарь. Что происходит за городом?
– Ничего! Прикуси язык! Ты спятила!
– Вероятно, я спятила, когда с тобой связалась, – насмешливо проговорила Авила. – Все, на что ты способен, так это кричать: «Прикуси язык!».
– Пока не вышвырнешь из головы чушь, другого не услышишь.
Он подошёл к кровати и принялся одеваться. Пора было идти в таверну. Авила приблизилась к нему.
– Долго ты ещё намереваешься ходить под Мамулей Гид? – спросила она. – Не надоело тебе быть на побегушках у этой старой карги, исполнять все её старческие капризы?
– Опять ты за своё, – проворчал Эврик. – Нацелилась испортить мой настрой с утра?
Авила рассмеялась.
– Бедолага… И что я нашла в тебе?
– Да ты… ты меня нарочно выводишь из себя! Я покажу тебе, кто здесь командует! – Он толкнул её на кровать, животом вниз. Крепко придавил к постели и задрав юбки, принялся хлестать её ножнами по оголившейся заднице. Авила силилась вырваться, бранилась и выла, но Эврик бил до тех пор, пока не заныло плечо. Оставив Авилу в слезах, он оставил её одну, громко хлопнув дверью.
Сидевший в седле напротив дома, Грир видел, как Эврик выскочил из дома с багровым от гнева лицом. Выждав, пока Эврик удалится достаточно далеко, он поднялся на второй этаж. Прежде чем постучать, он убедился, что его баллок легко вынимается из ножен.
Он ещё дважды постучал, однако открывать ему не спешили. Грир нахмурился. Он был уверен, что Авила дома. Он принялся барабанить в дверное полотно до тех пор, пока не заслышались шаги Авилы. Дверь открылась. Лицо женщины было перекошено от боли и ярости.
– Что стряслось? Пожар? Гарью не пахнет! – закричала она. – Проваливай! – Она попробовала захлопнуть дверь, но Грир успел просунуть в щель нос своего ботфорта.
– Авила?
– Я не принимаю! Убирайся!
– Но я пришёл по поручению гильдии кожевников, – принялся врать Грир. – По поводу осенней мистерии.
Упоминание наиболее богатого праздника года, на котором происходили самые знаменательные выступления артистов, охладило пыл Авилы. Её глаза округлились.
– Это шутка? – недоверчиво переспросила она.
– Разве так выглядят шуты? – проворковал Грир. – Хозяин гильдии видел вчера вечером твоё выступление и сразу же велел отправиться к тебе насчёт найма.
– Если ты шутить собрался… – начала было Авила и замолкла: «А вдруг правда?», – подумалось ей. Если действительно ею интересовались устроители мистерии?
– Если ты готова это обсудить, то позволь мне войти, если нет – я удаляюсь. – Грир отступил от двери на шаг назад. – Но прошу отметить, что по меньшей мере сотня певиц в этом городе отдаст всё, что угодно, лишь бы оказаться на твоём месте.
Авила больше не колебалась и тут же проводила Грира в комнату, уже представляя, с какой радостью она оставит Эврика.
– Тебя заинтересует долгосрочная работа на гильдию, Авила? – спросил, усаживаясь, Грир. – У тебя, конечно, подходящего найма здесь нет?
Глаза Авилы широко раскрылись.
– Долгосрочный найм? Вот здорово!
– Ты не связана договором с «Одинокой дамой»?
– Нет у меня с ними никаких договоров.
– Присядь, Авила, и приготовься слушать. Это не совсем обычное предложение.
Авила послушно присела, но тотчас же со стоном вскочила.
– Сидение вредно для фигуры, – со слабой улыбкой оправдалась она. – В моей работе о фигуре нужно заботиться.
– Как тебе удобнее, – продолжил Грир, – У хозяина нашей гильдии есть задумка создать постоянный театр. Он нашёл уже музыкантов, дело только за дивой. Он вырос в районе Графства, и ему взбрело на ум, чтобы певица была его землячкой. Его выбор пал на тебя. Согласна ли ты воспользоваться этой возможностью?
Авила вскрикнула от радости.
– Согласна ли я?! Ты хочешь сказать, что я стану основной актрисой театра?
– Это зависит от тебя.
– Что-то всё это слишком чудесно, чтобы быть правдой.
– Я предупреждал тебя, что это необычная история, – небрежно отметил Грир.
– А когда меня наймут? – Авила вдруг представила себя на большой сцене. – Когда я увижу главу гильдии?