У Афанасия я тоже был на хорошем счету. Любую просьбу, которую он озвучивал, я выполнял качественно и быстро, что не могло не радовать моего соседа. И казалось вот оно. Та жизнь, о которой я мечтал. Меня уважали, мое имя имело вес, был достаток, была и любовь. Но судьба любит выкидывать фортели, которых от нее точно не ожидаешь. Фарт – вещь капризная. Вот он есть, а вот поворачивается к тебе жопой, заставляя гадать, где же ты свернул не туда. Для меня таким событием стала обычная, на первый взгляд, просьба Афанасия. Тогда я еще не знал, что квартирка, которую мне необходимо было отжать, принесет такой головняк, что я еще долго от него буду отмываться.
Началось все за игрой в шахматы на новогодних каникулах, единственном времени в году, когда я мог позволить себе отдохнуть и не заморачиваться с работой, которую мне подкидывал Афанасий и его друзья. Игра не складывалась и две партии я уже благополучно слил под ехидный смешок моего соседа.
– Затуманился ваш разум, Максим, – довольно улыбнулся Афанасий, расставляя фигуры на доске перед началом новой партии. – Должно быть наступление нового года отпраздновали знатно.
– Это да, – согласился я. – Машка кучу гостей пригласила. С института, наших, с района. Погудели неплохо.
– Ну, в любом случае, делу время, потехе час.
– Так, так. Есть чо на примете? – нахмурился я, услышав в голосе Афанасия интерес.
– Как и всегда. Хочешь жить хорошо, умей вертеться. Пока пролетарии отдыхают, мы работаем. Суть в чем. Шестерка Блохи… Пух, чи, его зовут… в клювике информацию занятную принес. Есть в центре дом один. На улице Мира, по соседству с областной Думой.
– Неплохо, – хмыкнул я. – Хаты там хорошие. Сталинки, потолки высокие, хуе-мое. Тоже присматривался, да не продают там ничего. А стоит кому выставить, тут же сметают.
– Оно неудивительно. Старики там обитают, да почти все при наследниках, которые эти квартиры придерживают. В былое время квартиры там за особые заслуги выдавали. Так вот Пух этот подруге своей помогал, соцопросы она проводила. Там с одним старичком и познакомились. Живет он один, судя по всему. Наследников нет. А квартира просторная. Четыре комнаты. Капсула времени. Все родное, представьте. Даже паркет старый, дубовый сохранился.
– Такая на рынке враз улетит за хорошие деньги, – согласился я. – Чо, деда этого окучить надо, получается?
– Верно. Прощупайте для начала, что за старик. Подружитесь с ним… Ну, не мне вас учить. Вы-то калач тертый, как и ребятки ваши. Знаете, что делать надо. Особо не торопитесь. Спешка только при ловле вшей потребна.
– Сделаем, – вздохнул я, двигая пешку. – Так, собраться надо. Третий раз сливать – это совсем уж позорно будет.
– Все в ваших руках, – рассмеялся Афанасий. – Чайку?
– Охотно, – согласился я, наблюдая, как из подкопченного чайника в мою чашку струится тягучая, коричневая струйка ароматного напитка.
С Блохой мы встретились в центре через неделю. Когда я подъехал по нужному адресу, Блоха о чем-то болтал с двумя симпатичными девчонками. До меня доносился их заразительный смех, который тут же смолк, стоило Блохе увидеть меня.
– Ну, найдемся, девчат. Телефончики ваши есть, – обворожительно улыбнулся он и, подойдя ко мне, крепко пожал протянутую руку. – Привет, Макс.
– Здарова, – зевнул я. – Давно тут?
– Не. Минут двадцать жду. Телок вон склеил. Ничо так, студенточки из педагогического.
– Все тебе бабы залетные, Антоха. Когда уже за ум возьмешься? – ехидно спросил я, снова заставив Блоху рассмеяться.
– Когда хер на полшестого смотреть будет, тогда и возьмусь, – осклабился он. – Ладно, давай о делах.
– Чо узнать удалось?
– Не особо много. Дед, судя по всему, фраер обычный. То ли сын какого-то служаки, который эту хату еще во времена царя Гороха получил, то ли дальний родственник. Седьмая вода на киселе, короче. Живет один, из гостей только соцпомощь раз в месяц. Соседи о нем нихуя ничего не знают. Дед, как дед. В каждом доме такой есть.
– А наследники?
– Тишина вроде как. Ни детей, ни внуков, ни дальних родственников. Хата на него одного записана.
– Бля, ну если так, то нам повезло. Окучить деда, как два пальца.
– Тоже так думаю. Короче, пойдем, познакомимся, – Блоха повозился в кармане и вытащил оттуда коричневый прямоугольник. – Держи ксиву.
– Платов Илья Семенович? – усмехнулся я, прочитав свое «новое имя».
– Не еби мозги, – поморщился Блоха. – Какая была, такую и достал. Подгон взял?
– Ага. В багажнике два пакета.
– Тогда погнали, – хмыкнул он, расстегивая куртку и убирая во внутренний карман свое удостоверение.
Когда мы вошли в подъезд, я удивленно осмотрелся, не найдя привычных взгляду художеств, вплавленных в побелку спичек и пакетов с засохшим клеем на подоконниках. Вместо этого нас встретили цветы в глиняных горшках и чистота. Даже все лампочки были на месте, что совсем уж диковинка даже для центрального района.
