Старший лейтенант прибыл в штаб фронта днём, и теперь уже помощник начальника штаба фронта заявил, что его вариант возведения переправы одобрен и ему следует сегодня вечером выехать на место строительства к реке Днепр. Вместе с ним отправятся ещё два представителя. Работы необходимо произвести под покровом темноты за одну ночь. В его задачи входило наблюдение и контроль над соответствием работ проекту.
Валентин не ставил себе целью определить, за сколько времени предстояло произвести работы. Для него являлось важным придумать идею. В штабе фронта посчитали возможным привлечь к строительству достаточное количество человек, чтобы успеть возвести сооружение столь быстро.
Старший лейтенант обратил внимание на то, что разговаривал со своим почти коллегой – помощником начальника штаба, только уже не полка, а фронта. Разница оказалась огромная. Звание у него было подполковник, но по возрасту старше ненамного. Помначштаба фронта обладал большими знаниями, но главное – это возможности, которые складывались из доступа к владению важной информацией и нахождения рядом с командованием фронта.
Валентин сначала обрадовался сообщению. Значит, не зря столько сил потратил на подготовку. Он думал, что ему выделят двух помощников для разных поручений, равных ему по званию или меньших, а выяснилось, что с ним поедут два старших офицера: майор и подполковник. Ситуация оказалась непонятная. Он как автор проекта оказался в подчинении у людей, хуже него в этом разбирающихся. Но младших офицеров найти представлялось затруднительно, так как в штабе фронта таковые не служили. Время в ожидании прошло быстро, и ближе к вечеру они выехали к реке.
Разговаривали мало, сказывалась разница в звании. В штабе фронта старшие офицеры являлись младшими по званию. Они выполняли, как правило, вспомогательную работу. Присутствие старшего лейтенанта при выполнении данного поручения оказывалось исключением. «Рано радоваться, – думал Валентин, сидя в машине. – Одобрить одобрили, да случись что не так, на меня все ошибки и повесят».
Переправу предстояло построить для соединения с Верхнеднепровским плацдармом в районе Куцеволовки – Мишурина Рога – Бородаевки, а именно ближе к Бородаевке. Лжепереправу договорились начать возводить немного выше по течению. Офицеры направились сначала в верхний район работ.
Начинало темнеть. Ещё не доезжая до Днепра, можно было увидеть, как солдаты сбрасывали с грузовиков предметы, похожие на трубы или столбы электропередачи, и закрывали их ветками. Легковой автомобиль штаба фронта остановился на расстоянии одного километра до реки. Дальше предстояло идти пешком в целях маскировки. Теперь оказалось возможным лучше разглядеть, что находилось в грузовиках. Там были почерневшие от времени старые брёвна с вырубленными ближе к краям выемками-чашами, с помощью которых собирались и держались деревянные дома и бани. На многих брёвнах оставался мох, который прокладывали между ними для сохранения тепла в домах. Выяснилось, что это заготовки для возведения переправы. Грузовики всё прибывали, нагруженные доверху чьим-то бывшим жильём, за пару часов превратившимся в кучу стройматериалов. Огромное количество домов в окрестностях пришлось разобрать на нужды армии, но без таких жертв построить переправу было невозможно. Война не оставляла выбора, трудно было всем.
Валентин тяжело это осознавал, ведь много лет он прожил в подобном рубленом деревянном доме, а его родители до сих пор оставались в нём.
Позже он осматривал разрушенную переправу противника в районе Кременчуга, выяснял, как сооружались другие конструкции. Мост построили крепко, в расчёте на несколько лет, а просуществовал он два года. Материалом для него служили не чьи-то бывшие дома, а древесина ценных пород из лесов Западной Украины, преимущественно дуб.
Когда стемнело, последний оставшийся километр солдаты начали перетаскивать на руках брёвна к реке. Грузовики привезли огромные кучи стройматериала, соответственно, к реке устремился целый поток бойцов, несущих брёвна. У берега, вооружившись ручным инструментом, те же бойцы сколачивали элементы настила для проезда техники. Получались плоты, на которые ставили камни для погружения конструкций наполовину в воду. Камни тоже сначала доставляли на грузовиках, а потом тащили на себе. Красноармейцы отталкивали от берега сколоченные плоты, которые по течению доплывали до места основного строительства. Из воды они показывались только частично, и это издалека напоминало труп человека.
На проплывающих мимо всплывших утопленников из-за большого их количества уже никто особо внимания не обращал. Вся прибрежная полоса усеялась трупами, прибитыми к берегу течением. Только небольшая их часть доплывала до устья реки. Жуткая картина. К воде невозможно было свободно подойти, чтобы не наткнуться на мёртвых людей.