– Скажите, Абрамов, с кем и куда вы выехали на БТР? – задал ему вопрос главный врач. – Это вы должны помнить.
– Я же вам сказал, товарищи, что не помню, куда и с кем поехал, – ответил Виктор. – Спросите у моего командира, может, он вам что-то расскажет, но сам я ничего не помню.
Врач покраснел, Абрамов видел, как ему было трудно кричать ему, задавать вопросы. Он сделал глоток воды и, снова набрав в легкие воздуха, громко стал задавать вопросы:
– С кем вы были в тот день?
Виктор, молча, пожал плечами.
Лобов махнул рукой, давая понять, что он свободен.
***
Абрамов сидел на лавке недалеко от главного корпуса госпиталя и курил. К нему подсел сосед по палате, совсем молодой паренек, с ампутированной ступней.
– Виктор! – обратился он, прикуривая от его сигареты. – Это по твою душу приезжал мужик из Особого отдела?
Виктор удивленно посмотрел на него и ничего не ответил. Сосед сделал несколько затяжек и, словно не замечая его молчания, продолжил.
– Ты знаешь, Абрамов, я случайно оказался под окном главного врача и слышал не только твой с ними разговор, но и их, когда ты вышел из кабинета.
Виктор подвинулся к нему поближе, чтобы он не кричал на весь двор.
– Этот мужик начал пытать главного врача, действительно ли у тебя провалы в памяти или ты просто прикидываешься. Главврач вызвал медсестру, приказал ей принести твою историю болезни и стал ее изучать. Этот мужик начал рассказывать, кто ты, и как оказался в госпитале. Я понял, что они давно хотели тебя привлечь к дисциплинарной ответственности, но у них ничего не получалось. Ты хорошо сражался, и поэтому они остерегались трогать тебя там, в Афганистане.
Абрамов снова закурил новую сигарету и глубоко затянулся дымом.
– Так вот, этот мужик и говорит нашему врачу, что провалы в памяти у тебя были еще там, в Афганистане, и сейчас для него было очень важно подтвердит ли главный врач диагноз: амнезии или нет. Главврач ответил, что у тебя действительно сильная контузия с частичной утратой слуха, с повреждением позвоночника, и не исключено, что ранее отмечавшиеся случаи потери памяти, вновь стали проявляться в моменты волнения. Тогда этот мужик попросил выдать справку о том, что ты по состоянию здоровья не можешь дать аргументированные ответы на поставленные им вопросы. Врач, похоже, написал эту справку. Когда этот мужик собрался уходить от врача, тот поинтересовался, когда тебя выпишут из госпиталя. Врач сообщил, что на следующей неделе. Так что скоро поедешь домой.
Виктор улыбнулся этой новости. Сердце в груди застучало по-особенному: гулко и радостно.
«Что им от меня нужно? – думал Абрамов. – Неужели они копают под Марченко? Ведь они, наверняка, уже знали, что я уехал вместе с ним. Выходит, что водитель БТР погиб, и я остался единственным свидетелем поездки в госпиталь. Но, Марченко, ему тогда сказал, что он согласовал этот выезд с руководством».
Абрамов встал с лавочки и, поблагодарив соседа за приятную новость, направился в палату.
«Может, кто-то из руководства, страхуя себя, отписался о том, что они с Марченко самовольно покинули пределы базы? А почему бы и нет? В результате выезда погиб солдат, сгорел БТР. Кто-то должен был ответить за все это. Главный вопрос, кто? Татьяна написала ему, что человек, который отпустил его вместе с Марченко, испугавшись ответственности, просто пошел на попятную и отказался от своих слов. Теперь они хотят понять, был это с нашей стороны самоход или нет?»
Виктор вошел в палату и лег на койку. В голову лезли разные мысли, одна страшнее другой.
«Почему весь Особый отдел крутится вокруг него? Сначала он не устроил Власова, затем, по его заявлению, приезжал капитан, теперь им заинтересовался подполковник», – Абрамов терялся в догадках, однако, сколько ни думал, разгадать этот ребус не мог.
«Бог с ними с наградами, которые успешно рубил Власов через своего знакомого из наградного отдела, главное – скоро я буду дома. Да и перед кем мне дома щеголять в орденах и медалях?» – подумал Виктор.
Ему не верилось, что простой майор Особого отдела мог задействовать столь мощные силы, чтобы каким-то образом свести с ним счеты. Лишь потом, спустя десяток лет, он понял эту систему. Чтобы создать неудобства человеку, достаточно поставить под сомнение его порядочность, все остальное сделают другие люди, кому будет адресован этот сигнал.
***
Сегодня подполковник Лобов проверял сообщение, полученное из Особого отдела одной из частей, расквартированных на территории Афганистана. В этом сигнале значилась его фамилия: спецназовца КГБ, который грубо нарушил приказ командования, самовольно покинул расположение своей части. При этом нарушение было отягощено тем, что погиб механик-водитель БТРа.
