Две с половиной тысячи лет китайской истории продемонстрировали, что именно принципы жизнеустройства, выработанные еще более ранними поколениями китайцев и оформленные великим Конфуцием в учение, обеспечивали ему цивилизационную устойчивость, несмотря на различные идеологические и политические вторжения извне. Поэтому сегодня марксизму, чтобы быть вполне принятым и эффективным в стране с несколькими экономическими укладами, разнящимися ценностными ориентирами и образами мышления, необходимо сочетать собственный теоретический опыт с практикой, адаптируясь к историческим особенностям страны, обогащаясь национальным колоритом.
Историк китайской философии Фэн Юлань писал: «У старого государства есть новая миссия». Поясняя эту мысль, он отмечал, что «древнее государство относится к давней китайской культурной традиции, а его “новая миссия” состоит в модернизации и строительстве социализма».
В трудах Карла Маркса и Фридриха Энгельса не так много рассуждений о нравственном воспитании человека, зато в конфуцианстве подобная тема представлена весьма обширно: оно устанавливает целый ряд конкретных положений для совершенствования и реализации себя как человека.
Большинство современных китайских марксистов считают, что китаизация марксизма и модернизация конфуцианства взаимно дополняют друг друга. Как отметил академик Чжу Гуанъя, «без китаизации марксизма не будет модернизации традиционной культуры, а без традиционной культуры марксизм в Китае также лишится источника инноваций». Историк Го Жуй разъяснил суть этой взаимосвязи: «Конфуцианство придает марксизму национальную форму и содержание, способствует китаизации марксизма, а конфуцианство движимо китаизацией марксизма и под его влиянием реализует современную трансформацию китайского общества».
В современном Китае марксисты категорично настаивают на принципах марксистской философии и считают, что для реализации ее китаизации необходимо активно извлекать из конфуцианства полезные духовные ресурсы. С другой стороны, видно, как марксизм в Китае преобразует конфуцианство и предоставляет ему возможность существовать как важнейший самоценный элемент культуры. Китаизация марксизма и модернизация конфуцианства действительно взаимодействуют, представляя марксизм и конфуцианство как два столпа современной китайской цивилизации.
Китаизация марксизма – это демонстрация приверженности классическому марксизму, неразрывная связь с ним, и руководитель КПК тем самым подчеркивает, что идеология партии не противоречит классическому марксизму, а, напротив, представляет собой его продолжение (развитие).
Кто-то может сказать, что тем самым Си Цзиньпин замыкается в рамках узкой национальной культурной позиции. Конечно же нет. Лидер КПК постоянно подчеркивает необходимость усвоения передовых достижений мировой культуры и философии.
Понятно, что марксизм в Китае и сегодня остается идеологией, играющей ключевую роль при формировании внутренней и внешней политики страны. Он выступает ведущей силой в современной культуре Китая. А идеи Си Цзиньпина всегда были и остаются нацеленными на укрепление лидерства КПК в процессе принятия решений в противовес технократическим тенденциям, существовавшим в 1990–2000 годы.
Марксистская теория способствовала поиску новых идеологических оснований для сохранения легитимности КПК в условиях продолжающихся реформ и глобальных вызовов.
