Эрика Эдуардовна, словно читая мои мысли, продолжила – Я понимаю, что вы сейчас находитесь в шоке, потеряв свой дом и, возможно, друзей. Но Союз нуждается в каждой рабочей паре рук. Мы готовы обеспечить вам жильё, питание и необходимую подготовку. Ваше военное прошлое, ваши навыки – Это то, что нам крайне необходимо. Она чуть улыбнулась, но в этой улыбке не было ничего радостного. Только усталость, понимание тяжёлой участи, которая ждала нас, и скрытая надежда на то, что мы сможем внести свой вклад в общее дело выживания.
– У нас есть несколько вакансий для вас: сапёры, разведчики, пулеметчики, погрузчики, бурильщики все что могу предложить пока. Мы также готовы рассмотреть ваши предложения, если у вас есть особые навыки или специализация, – добавила она, но её слова звучали скорее как формальность, чем как настоящий выбор. Реальность была суровой, наш выбор был ограничен.
Вдруг Тамерлан, до этого молчавший, задал вопрос, который заставил всех присутствующих замереть – А могу я стать служителем веры во Всевышнего в вашем Союзе? Его слова повисли в воздухе, резко контрастируя с суровой атмосферой и прагматизмом подземного мира.
Эрика Эдуардовна заметно смутилась. Она не ожидала такого вопроса. Некоторое время она молчала, сжимая и разжимая пальцы, потом ответила, её голос звучал несколько неуверенно – У нас… у нас нет веры! Наша вера – это общее дело, это Союз. Мы верим в выживание, в совместную работу, в будущее… Здесь нет места для религиозных культов.
Тамерлан не отступал – Но вера… она даёт людям надежду, помогает пережить трудности. Это важно, особенно сейчас, после… после всего, что произошло.
– Это исключено, – твёрдо ответила Эрика, её голос не допускал возражений. – Вера засоряет рабочий разум. Нам нужна эффективность, а не молитвы. Тамерлан смолк, опустив голову. Его надежда, вспыхнувшая на мгновение, погасла под холодным взглядом.
– Ну а с космосом, что у вас? Я бы хотел развиваться в этом направлении, – сказал Сатурн, его голос звучал тихо, но уверенно.
Эрика ответила жестко, не оставляя места для дискуссии – Ракеты и мощь – вот наш ответ захваченному врагом космосу. Там нам не место, и нечего туда лезть. Её слова были категоричны, отрезаны, как стальной клинок. Космос – это роскошь, недоступная в условиях войны за ресурсы и существование.
Сатурн удивился, немного опешил от резкости ответа. Он немного нахмурился, но не стал перечить. Мечта о космосе, казавшаяся такой яркой ещё несколько часов назад, теперь казалась нелепой, даже опасной.
– Культурные направления? Куда можно податься? Телевещание, музыка, кино или театр? – спросил Ульян, его голос звучал немного неуверенно, но в нём слышалась искорка надежды. Он всегда мечтал попробовать себя на сцене, раскрыть свой творческий потенциал.
Эрика Эдуардовна вздохнула. Этот вопрос застал её врасплох. Её прагматичный взгляд на жизнь не оставлял места для искусства, для развлечений. – Тут всё сложно, – начала она, её голос был наполнен усталостью и безысходностью. – Кино и телевещание у нас замещают большие экраны на площадях с союзными трансляциями. Театр войны… для нас этого уже хватает. Музыкальный ансамбль составляют люди, специально обученные этому. Мы не можем позволить себе роскошь содержать артистов, понимаете?
Её объяснение было предельно ясным и жестоким. В условиях постоянной борьбы за выживание, искусство было всего лишь ненужной тратой ресурсов. Ульян опустил голову. Его мечта, как и мечта Сатурна, столкнулась с суровой реальностью подземного мира. Эрика Эдуардовна, видя его разочарование, добавила немного мягче – Но… если ты действительно талантлив, возможно, найдётся место в музыкальном ансамбле. Или ты можешь попробовать себя в написании текстов для союзных трансляций. Это тоже важно, это тоже своего рода искусство.
Она предложила Ульяну хоть какую-то возможность проявить себя, компромисс между мечтой и суровой необходимостью. Но даже это предложение звучало больше как вынужденная уступка, чем как настоящая поддержка творческих начинаний. Подземный Союз был далёк от понимания и принятия искусства как важной составляющей жизни. Для него важнее были сапёры, медики и солдаты – те, кто обеспечивал выживание как расходный материал.
– Как насчёт морских экспедиций? Вам наверняка необходимы солдаты-моряки на военных судах в морях! – с радостью спросил Варлам, его глаза блеснули. Он всю жизнь мечтал о море, о приключениях, о морских сражениях.
Эрика Эдуардовна покачала головой. Её лицо выражало усталость и некоторую долю презрения к подобным мечтам. – Моря и океаны нам стали неинтересны. Борьба за них бесполезна. Мы ведём защиту и охрану только пресных вод, таких как Древний Байкал и ему подобные водохранилища. Можем отправить тебя в водоохранный патруль. Её слова звучали как приговор. Огромные просторы океана, полные тайн и опасностей, для Союзов были ничем не больше чем бесполезными, опасными территориями.