– Необязательно. То есть он, вероятно, и правда пытается защитить ее, но не потому, что считает виновной в смерти мамы. Возможно, он понятия не имеет, что случилось на самом деле. Возможно, они с Элиз были в разных частях дома, когда папа услышал, как мама упала, и он не знает, что Элиз могла иметь к этому отношение.
– Ты и в самом деле считаешь такое возможным?
«Даже думать не хочу, на что она может быть способна», – услышала я в голове голос управляющего.
– А ты? – спросила Трейси.
– Думаю, нам непременно следует позвонить старику Миллеру.
Контора «Миллер, Фергюсон и Миллер» располагалась на двадцать седьмом этаже гигантского небоскреба в центре Торонто.
Я позвонила Рональду Миллеру сразу после разговора с Трейси и смогла назначить встречу на три часа на следующий день. Когда я забрала сестру из зала, к моему облегчению, ее ворчание по поводу того, что пришлось раньше времени прервать занятие с Джереми, продолжалось всего несколько минут.
– Нам повезло, что удалось назначить прием, – объяснила я по дороге. – Клиент отменил встречу. А то пришлось бы ждать еще неделю.
На Трейси мои усилия не произвели впечатления. Она опустила козырек с зеркалом перед пассажирским сиденьем, чтобы затянуть длинные волосы в высокий хвост, а потом нанесла свежий слой туши на ресницы и блеск на губы с удивительной ловкостью, учитывая количество выбоин на дороге.
Я оставила машину на подземной парковке, и мы поднялись на лифте на двадцать седьмой этаж.
– У нас назначена встреча с Рональдом Миллером, – заявила Трейси, когда мы подошли к широкой мраморной стойке в приемной. На противоположных сторонах стойки сидели с доброжелательными улыбками две хорошо одетые женщины с идеальными стрижками – одной было около тридцати, другой, наверное, лет на двадцать больше. Одна была блондинка, другая – еще блондинистее. Обе носили костюмы идентичного оттенка бежевого. Интересно, они специально договаривались, что надеть?
– У нас назначено на три часа, – пояснила я. – Меня зовут Джоди Бишоп. Это моя сестра, Трейси Дандас.
– Да, миссис Бишоп. Вы записаны, – подтвердила старшая, более светлая блондинка. – Вам очень повезло. Встречу отменили всего за пару минут до вашего звонка. Мистер Миллер заканчивает беседу с клиентом. Присядьте, – она указала на четыре красных кожаных кресла под внушительной картиной, изображающей пейзаж прерии. – Он скоро вас вызовет.
– Спасибо.
– Что я тебе говорила? Мы тут целую вечность сидеть будем. Я могла бы закончить занятие с Джереми, – Трейси взяла несколько газет со стоявшего рядом черного лакированного кофейного столика и тут же швырнула их обратно: – Господи… «Файнэншл пост» и деловое приложение к «Глоуб». Это вообще кто-нибудь читает? Я готова убить за номер «Пипл».
На самом деле мы ждали меньше пяти минут, после чего нас повели во внутренний лабиринт маленьких кабинетов и крошечных выгородок для рядовых работников, пока мы не оказались в большом угловом кабинете Рональда Миллера.
– Дамы, – поприветствовал нас стройный мальчишеского вида мужчина за внушительным дубовым столом, указывая на пару темно-синих кресел, стоявших перед ним: – Присаживайтесь.
– Не похоже, что ему почти восемьдесят, – прошептала Трейси.
– Какие-то проблемы? – спросил адвокат, садясь за стол.
– Просто… Мы ожидали увидеть кое-кого постарше, – произнесла я.
Он рассмеялся.
– Вы говорите о моем отце. Его тоже зовут Рональд. Боюсь, он уже довольно давно отошел от дел.
– А… – Мы с Трейси тревожно переглянулись. – Наш папа был одним из его клиентов.
– Вашего отца звали…
– Вообще-то, зовут. Он жив. Виктор Дандас. Он основал агентство «Дандас риал эстейт».
– Виктор! Конечно же. Замечательный человек. Отличное агентство. Мы с женой прибегали к его услугам, когда покупали дом. Агента звали Шэрон… нет, Стефани…
– Стефани Пикеринг.
– Да. Точно. Пикеринг. Потрясающий специалист. Такая сможет хоть уголь в Ньюкасл продать, или как там говорят. Она все еще работает в агентстве?
– Наш лучший риелтор, – подтвердила я.
Адвокат кивнул, словно это действительно произвело на него впечатление.
– Я уже давненько не видел вашего отца. Надеюсь, у него все хорошо?
– Очень хорошо.
– Он снова женился, – вмешалась Трейси, явно тяготясь продолжительной светской беседой. – Мы думаем, что она охотница за наследством, и хотим узнать, как мы можем защитить наши права.
– Ну, – поспешила уточнить я, глядя, как улыбка исчезает с лица Рональда Миллера, – на самом деле мы просто хотим узнать, какие у нас есть варианты.
– Дамы, – произнес адвокат, демонстрируя ладони обеих рук. – Я вам сочувствую. Очень сочувствую. Но, боюсь, на этом я вынужден вас остановить.
– Э… Но мы только начали… – возразила Трейси.
– Вот поэтому я и вынужден вас остановить, – пояснил Миллер. – У нас это называется «конфликт интересов».
– И что это значит? – спросила моя сестра.
– Это значит, что ваш отец по-прежнему является клиентом нашей фирмы, и я не имею права обсуждать его дела…
– Речь не о его делах, – поправила Трейси. – Это личное.
